Затем другой крик. Из кустов выскочил, схватившись за бок, человек.
Я приготовила еще один шар и бросила его в другую сторону.
– Подождем, – сказала я. – Пусть все вылезут. Прижмем их к воротам. – На дорожке были трое, они смотрели на меня широко открытыми от ужаса глазами. Вслед за ними, как перепуганный скот, выскочили еще трое. Кустарник горел.
– Вполне достаточно. Пошли.
Мы понеслись вперед. Враги отступали под нашим натиском. Они сгрудились в кучу у запертых ворот. Стражники не спускали глаз с горящих кустов, тоже перепуганные и растерянные.
– Рам, дай-ка им по башке. И сунь их в карету.
Стражники, узнав меня, помогали нам, двигаясь как заводные. Рам тем временем возился с шестеркой наемников.
– Госпожа, – за моей спиной раздался голос Абды.
Обернувшись, я увидела размахивающего кривой индейской саблей громилу. Впервые я увидела столь древнее оружие.
Абда прыгнул, сделал рывок и во мгновение ока обвил румелем шею наемника. Мне даже не пришлось воспользоваться моим мечом. Громила дернулся – и его шейные позвонки хрустнули.
Вот и славно. Рам закинул тела в коляску. А я обратилась к одному из стражников, который казался более или менее вменяемым.
– Поблагодарите за меня господина Гупта. – И отдала ему меч. – Заодно принесите мои извинения за причиненный ущерб. Жрец Чандра Чан Тал будет счастлив возместить убытки. Ты готов, Рам?
– Да, Госпожа.
– Абда, загрузи эту падаль. – Я прошла к карете, забралась на сиденье рядом с кучером и, оглядевшись вокруг, отыскала взглядом Тала. Он и еще два жреца в красном стояли в восьмидесяти футах от нас, у дороги. Их глаза торчали где-то на лбу. Я отсалютовала.
– Готово, Госпожа, – окликнул меня Абда. Я веселилась, глядя на него и Рама. Им почему-то не хотелось видеть меня рядом с кучером, и в то же время они возражали против того, чтобы я ехала в карете вместе с пленниками и покойниками.
– Может, мне следует бежать вслед за коляской, как подобает благонравной таглиапке, а, Рам?
Он, смутившись, покачал головой.
– Забирайтесь наверх.
Мы покатили мимо Тала и его дружков. Я крикнула им сверху:
– Наслаждайтесь пока жизнью, она так коротка.
Тал побелел. Остальные не отреагировали. Либо не поняли, либо затаились.
Стоял славный денек. По небу скользили облачка, дул легкий ветерок, воздух был прохладным, что необычно для этого времени года. И если оставаться в тени, то жара вообще не чувствовалась. Было пять часов вечера. Строительство лагеря началось на рассвете: четыре тысячи человек вполне успешно трудились.
В первую очередь надо построить жилье, столовые, конюшни, склады. Я собиралась разместить здесь десять тысяч человек. Но даже Нарайян сомневался, что мне удастся уложиться в запланированный срок при таких грандиозных объемах.
Все утро я приводила к присяге своих воинов, беседуя с небольшими группами, подбиравшимися по принадлежности к той или иной религии. Они клялись посвятить себя единственной священной цели – защите Таглиоса. Присяга была нужна для того, чтобы обеспечить беспрекословное подчинение командирам.
До этого ловкие подручные Нарайяна выявили в их среде жрецов и религиозных фанатиков. Из этих отбросов следовало сформировать специальное подразделение. Сотни на три. Им выделили поле у подножия холма и организовали курсы ускоренной военной подготовки. Я собиралась послать их с каким-нибудь особым заданием куда подальше, как только возникнет нужда. В тени дерева я наблюдала, отдавая указания. Рам, как всегда, находился рядом.
Я заметила приближающегося Нарайяна. Он возвращался из города. Поднявшись, я спросила:
– Ну, как дела?
– Все сделано. Последнего нашли за час до моего ухода.
– Отлично. – С Талом справиться было проще простого, но выследить его партнеров оказалось делом трудным. В итоге их ликвидировали друзья Нарайяна.
– Шума было много?
– Трудно сказать. Хотя как раз перед моим уходом к нам явился представитель гуннитов.
– И что?
– Он хотел договориться об освобождении пойманных в роще. Я сказал ему, что их давно освободили. Думаю, он сообразит, что к чему.
– Отлично. А о шпионах Хозяев Теней что-нибудь известно?
– Нет. Но кое-кто видел сморщенных карликов, о которых вы говорили. Так что они наверняка здесь.
– Конечно, они здесь. И я дала бы голову на отсечение, лишь бы узнать, что у них на уме. Еще что-нибудь?
– Пока нет. Разве что ходит слух, что Прабриндрах Драх велел явиться к нему тем, кто руководит строительством стены, и приказал им вместо стены построить для вас крепость. Я обзавелся приятелем, который иногда прислуживает во дворце. По его словам, образ жизни прислуги принца не соответствует его положению.
– Может ли твой приятель устроиться во дворец на постоянную службу? Добровольцев за это время было много?
– Всего несколько. Пока еще слишком рано. Люди хотят посмотреть, как вы будете управляться с вашей армией.
Можно понять. Кому охота вступать в отряд, отмеченный печатью поражения?
