Галерея обрывалась провалом в трехэтажный зал. Посреди его возвышались бетонные лифтовые шахты, окруженные лестничными маршами, начинающимися на уровне галереи. Огромные стальные балки тянулись к центру, к нижней площадке лестниц, образуя концентрический рисунок паутины. Славка усмехнулся: давай, Паук, беги. Ширина балки была сантиметров пятьдесят. Если бы она лежала на земле, любой бы по ней промчался вприскочку. Но когда темнота, хоть глаз выколи, а внизу десять метров для свободного падения и бетонный пол, не каждый согласится даже проползти на карачках. Но у Славки страх высоты атрофировался много лет назад, поэтому он спокойно пошел, чувствуя направление и в темноте.
Отрывистый собачий лай гулко отозвался в пустом пространстве башни. Славка, сосредоточенно идущий по стальному мосту, не обратил внимания. Мало ли кто вывел собачку погулять с утра пораньше? Но громкий крик, последовавший за этим, сразу изменил направление мыслей.
- Никодимов, зайди с той стороны, проверь, может, он ещё тут!
- Сейчас, товарищ капитан! Рекс, ищи!
Розыскная собака, похоже, взяла Славкин след от подъезда и привела к забору опергруппу. Сейчас они убедятся, что он действительно на территории стройки, блокируют её и спокойно дождутся рассвета. Тем боле, что ждать осталось всего ничего. А потом, как говорится, дело техники.
Такая перспектива Славку не устраивала, но и убежать отсюда он уже не мог, упустил время. Ему бы чуть раньше сориентироваться по времени, добраться до троллейбусной остановки, до которой всего-то метров триста, да прыгнуть в двери... А сейчас оставалось только подниматься по бесконечным лестницам. Свежий утренний ветер гулял в коридорах, сквозил в пустых проемах окон. Сверху крыши соседних домов, прорисовываясь в утреннем сумраке, казались очень близкими - перепрыгнуть можно. Но Славка знал, что это типичная иллюзия, порождаемая расстоянием.
Он посветил фонариком и увидел толстый кабель, висящий в пролете. Странно, что его до сих пор не украли охотники за медью. Славка вспомнил, что раньше на крыше стоял какой-то дурацкий транспарант, типа "Продовольственную программу - в жизнь!" или "Слава труду!", подсвечиваемый по ночам прожектором. Потом райкомов не стало, и некому оказалось следить за иллюминацией. В самом низу, Славка это прекрасно помнил, кабеля не было, он пришел откуда-то со стороны. Быстро спустившись на несколько этажей, Славка увидел, что кабель тянется по коридору и ныряет в окно. Дальше он уходил в темноту, очевидно, на крышу соседнего дома. Выход напрашивался сам собой - съехать по кабелю, как проделывал это раньше, удирая от погони.
Но накидного ролика у него с собой не было. Пpидется искать подручные средства, что-нибудь изобретать. Славка пошарил лучом фонарика по полу и нашел ржавый металлический пруток, провалявшийся двадцать лет без дела. Слегка изогнуть его посередине было секундным делом. Теперь, наложив его на кабель и схватившись за концы, можно было ехать вниз. Славка уселся на край оконного проема, обхватил ногами кабель и чуть сполз вниз, держась за пруток. Внезапно им овладел страх. Неведомое внутреннее чувство настойчиво предупреждало: не надо, кончится плохо. Но он принял это за обычный страх неизвестности, сопряженной с высоким риском, а не за интуицию.
Он буквально упал на стремительно растягивающемся кабеле, провалился вниз. Под его весом весь запас кабеля, разложенный по коридору и подвязанный к лестничным маршам, потянуло за окно. И Славка соскользнул не на соседскую крышу, а повис над переулком, как вобла на веревочке, подвешенная вялиться. Он нарушил одно из главных альпинистских правил - не убедился, что веревка надежно закреплена.
Сейчас, болтаясь на высоте четвертого этажа, он чувствовал, что продолжает медленно сползать, но в обратном направлении, к стройке. Проклятый кабель продолжал вытягиваться и провисать. И то сказать: если в Славке было килограммов семьдесят пять, то многожильный медный кабель в толстой резиновой изоляции и в добрую сотню метров длиной тянул центнера на полтора-два, если не больше. И Славкины килограммы послужили только толчком, сдвинувшим с места эту массу цветного металла.
Славка изогнулся и обхватил ногами кабель. Падать на асфальт не хотелось. Следовало выбросить железку и ползти на крышу пятиэтажки, как по канату. Но тут в переулке появился милицейский "воронок". Мигалка на кабине была выключена, но чуть бликовала в рассеянном свете, падающем из освещенных окон дома.
Автомобиль с выключенными фарами, чуть слышно урча мотором, медленно приблизился и остановился точно под Славкой. Похоже, они обкладывали недостроенную гостиницу и не хотели спугнуть скрывающегося там человека. Из машины вышли двое и направились к дощатому забору. Третий, наверное, водитель, остался в кабине. Сверху было слышно, как он общается с рацией, только слов разобрать не удалось.
