Словно отвечая моим мыслям, возвратившийся Кричер догнал меня и протянул пару бутылок с жидким серебром. Поблагодарив домовика, я отпустил его «бдеть», а сам добрался до библиотеки и дополнил груду трофеев небольшим мешочком. Интересно, когда у меня появится время навести здесь порядок? Покинув склад ценностей, я зашел в облюбованный кабинет и достал из сумки палатку. Ее разворачивание и установка не отняли у меня много времени. Правда, после этого в помещении осталось мало свободного места. Отодвинув полог, я заглянул внутрь и обнаружил огромную мокрую груду неподвижных мертвецов, источавшую явственный болотный запах и занявшую практически все внутреннее пространство палатки.
Тело Регулуса удалось отыскать быстро – оно лежало на самом верху кучи неподалеку от входа. Аккуратно достав его магией, я занялся осмотром. Брат был облачен в строгий костюм, которому не пошло на пользу долгое пребывание в соленой воде, все его конечности оказались на законных местах, а на посеревшей коже не было заметно ни язв, ни порезов, ни следов от зубов. Оглядев выцветшие и остекленевшие глаза братишки, я признал, что для пролежавшего десять с гаком лет на дне озера утопленника он прекрасно сохранился.
Отнеся мокрую тушку Рега в угол и, на всякий пожарный, спеленав братишку магическими путами, я решил приступить к экспериментам над инферналами. А чего тянуть? Всю необходимую литературу в библиотеке Блэков я уже изучил, из инструментов мне понадобится только магия, которая всегда со мной, а консультироваться со специалистом-Руквудом не было нужды. Я же собирался вступить и основательно потоптаться на абсолютно неизученной области магической науки, поэтому бывший невыразимец вряд ли скажет что-нибудь дельное. Готов поспорить, сразу после озвучивания моих планов он уверенно заявит: «Это невозможно!», а потом подробно расскажет, почему. Так что – нет, обойдусь без советов Капитана Очевидность! Как говорится, Практика – наш лучший учитель, а Жизнь – председатель экзаменационной комиссии.
В общем, погнали!
Глава 33. Мучитель
Первым делом мне нужно было доказать присутствие в обычных инферналах души. Это оказалось элементарно – произведя частичный оборот, я впился в шею первого попавшегося мертвеца и принялся поглощать энергию. Ее оказалось очень мало – примерно сотая часть от моего резерва. Но ведь и покойничек был не первой свежести. К тому же, магом точно не являлся, судя по металлической пластине на кривых зубах – волшебники, даже магглорожденные, брекетами не пользовались, предпочитая применять «дантиссимус».
Покопавшись в палатке, я отобрал четыре десятка старых мертвецов наиболее разложившегося вида и там же оперативно превратил их в первосортные мумии, наполняя свой бассейн жизненной силой до самых краев. Все-таки целительская магия – дело затратное, и лучше всегда иметь под рукой солидный запас, чем в критический момент обнаружить недостачу энергии. Почувствовав прекрасное ощущение переполненного магического резерва, рождающее в сознании легкость и позитивный настрой, я перешел к следующему пункту плана.
Выбрав мертвеца попрезентабельнее, я вытащил его из палатки и водрузил на письменный стол. Затем трансфигурировал шприц, набрал из бутылки, в которую привычно добавил рябинового отвара, десяток кубиков единорожьей крови и сделал инферналу укол в вену на руке. Реакции не было. Вырубленное «ступефаем» тело оставалось неподвижным и безучастным к моим манипуляциям. Оно и понятно – кровоток у мертвеца напрочь отсутствовал, а потому «жидкое серебро» не спешило распространяться по организму.
Более того, я отметил, что контактировавшая с магической субстанцией плоть начала стремительно разлагаться. Спустя несколько минут кожа на руке полностью сползла, обнажая кость, потом начало медленно расползаться плечо. И лишь тогда инфернал судорожно дернулся, чтобы тут же замереть. Уже навсегда. Последующий контрольный укус подтвердил – душа покинула тело, не оставив мне ни капли силы. Отплевываясь в тщетной попытке избавиться от гнилостного привкуса на языке, я анализировал полученные данные.
Как и предполагалось, кровь единорога довольно быстро разрушила заклинание, превращающее человека в мертвого слугу и удерживающее ткани его тела от разложения. Но почему этот процесс затронул только контактирующую с «жидким серебром» часть тела? Это противоречило элементарной логике. Впрочем, убирая тело со стола, я обнаружил, что слегка поспешил с выводами. Разложению подвергся и остальной организм, просто сделал это с небольшой задержкой.
Поразмыслив, я предположил, что причина в «ступефае», который препятствовал разрушению наложенных чар. Чтобы подтвердить эту гипотезу, я достал еще одного подопытного и скастовал «финиту». Мертвец тут же обмяк и начал потихоньку расплываться по паркету. Поглядев на рог в своей руке, я тихо выматерился и констатировал - перестарался! Не привык еще контролировать возросшую силу, вот и вложил в заклинание отмены больше необходимого, а в результате снял не только «ступефай», но и чары неизвестного некрофила.
