Я едва не изобразил фейспалм. Действительно, если учесть, что гоблины пришли в этот мир задолго до основания Хогвартса, а домовые эльфы появились чуть больше шести столетий назад, то почему я решил, что массовое переселение волшебников было единичным случаем? Вполне возможно, межмировые порталы на этой Земле открываются достаточно часто, позволяя попадать в этот мир разным тварям, в том числе разумным. Нет никакого общего корня, есть только разные традиции, которые принесли с собой переселенцы! И это многое объясняет. Жаль только, подтвердить данную теорию можно, лишь пропустив через направленную эволюцию какого-нибудь японского или африканского мага… Кстати, у меня же Шеклбот в сумке валяется!
- Сириус, а ты зачем заглянул в библиотеку? – поинтересовался брат, отвлекая меня от интересной мысли. - Может, я смогу тебе чем-нибудь помочь?
- Сможешь, - уверенно ответил я, доставая пакет с оставшимися вкусняшками. – Помоги все это съесть!
Регулус удивленно понаблюдал за тем, как я извлекаю чизбургеры, коробки с хрустящей картошкой, бутылки кока-колы и мороженое, и тихонько захихикал, оценив шутку. На пару с братом и его пушистой стрекозой мы неспешно занялись поглощением продуктов, попутно обсуждая достоинства и недостатки «теории переселенцев». Что любопытно, до этого момента никто из магов не сумел свести разрозненные факты под общий знаменатель, поэтому я предложил Регу красиво оформить свою гипотезу и после нашей победы вынести на суд общественности. Брат обещал подумать, но эмоции волшебника говорили, что идея пришлась ему по душе.
Поздний обед вышел замечательным. Я избавился от чувства голода и получил удовольствие от общения с умным собеседником. Брату тоже было приятно поделиться своими мыслями, ну а полакомившаяся пломбиром Бука буквально светилась довольством. Ну да, поиграли, погладили, вкусно накормили - что еще нужно для счастья? Однако хорошего понемножку, работа сама себя не сделает!
Первым делом я озадачил Регулуса поиском инструкций для создания различных защитных артефактов. Сам я буду долго высчитывать подходящую рунную цепочку, так зачем терять время, если можно воспользоваться уже готовым вариантом? Убедившись, что брат понял мой запрос, я смел со столешницы весь мусор в пакет и трансфигурировал его в толстый кусок резины, которым накрыл лакированную поверхность. Достав из сумки железную чушку, я водрузил ее на стол и применил контактную трансфигурацию, заставив металл стечь с антрацита и собраться в аккуратный брусок. Переложив его на пол, я аналогичным образом воздействовал на пустую породу, сформировав из нее аккуратные кирпичи и оставив на резиновой подложке только драгоценные кристаллы.
- Это что? – полюбопытствовал брат, оглядев неказистые желтоватые камешки.
- Алмазы, - честно ответил я, занимаясь сортировкой полученного сырья.
- Алмазы? – не поверил своим ушам Рег.
- Алмазы, - терпеливо повторил я, раскладывая кристаллы по трем кучкам – большие гроздья, просто крупные камни размером от вишни до ореха и разная мелочевка не меньше горошины.
Помимо этого набралось несколько пригорошней «гречневых зерен» и совсем уж «песочка», которые я ссыпал в кружку, трансфигурированную из отрезанного кусочка железного бруска. К сожалению, я пока не мог найти применения этой ерунде. Особенность алмаза в удивительно прочной кристаллической решетке, которая не поддается заклинанию «вечного приклеивания», ибо то основано на диффузии – взаимном проникновении молекул вещества. Так что сплавить весь алмазный песок в единый кристалл размером с голубиное яйцо не получится. По той же причине нельзя с помощью трансфигурации превратить некрасивый камешек в идеальный бриллиант. Зато с помощью магии алмазы можно легко резать и даже растирать в мелкодисперсную пыль, что я доказал несколько часов назад. Шлифовальный станок не нужен, достаточно модифицированного «секо», которым я и планировал воспользоваться, чтобы придать своим камням правильную форму бриллианта.
Из тех же научно-познавательных видео я знал, что существует четыре основных вида огранки алмазов. «Ступенчатая», которая применяется на прямоугольных кристаллах, наиболее распространенная «бриллиантовая», результаты которой можно встретить в любом обручальном кольце, «видоизмененная бриллиантовая», применяющаяся для крупных камней овальной, грушевидной, сердцевидной и других неправильных форм, и последняя – «смешанная», сочетающая в себе принципы первых двух. Разумеется, начал я с чего попроще. Выбрал крупный вытянутый кристалл и приступил к обработке.
