Я задумчиво почесал подбородок, поскольку этот момент умудрился упустить из вида. Оказывается, Пожиратели – это не сферические волшебники в вакууме. У них имеются близкие и дальние родственники, которые сильно переживают за беглецов, читая заметки в Пророке. Вот только я своим жестким ограничением контактов лишил их возможности даже элементарно сообщить семьям, что они живы и здоровы. С одной стороны, обстоятельства диктуют свои условия, и малейший слух о том, что бывшие заключенные находятся в Англии, может сыграть на руку Дамблдору. Но с другой, будет психологически правильно позволить магам вспомнить, ради кого они сейчас трудятся. Родня – это святое, поэтому я решил приспустить «железный занавес».
- Хорошо. Когда я закончу, можете взять столько экземпляров, сколько вам понадобится. Разрешаю отправить их родным с помощью Кричера и даже снабдить посланиями с пояснениями. Об одном прощу – чтобы в этих записках не содержалось ни малейшего намека на то, что мы остались на островах! Сочиняйте, что угодно, лишь бы ваши близкие поверили, что в данный момент вы восстанавливаете здоровье в теплых краях, где растет много бананов и нет надоедливых магов в красной форме. Всем понятно?
Волшебники отозвались нестройным хором согласия, и только Нимфадора уточнила:
- А ничего, если я написала маме про то, какие сейчас в Бразилии проходят красочные карнавалы?
- Пойдет! - резюмировал я. - Ты только скажи, Андромеда уже получила твое послание?
- Ага! Кричер рассказал, что под невидимостью подсунул письмо ей прямо под руку.
- А разве твоя мать не должна сейчас работать в Мунго? Суббота же!
- Видимо, сегодня просто не ее смена, - пожала плечами племяшка, тем самым успокоив мою паранойю.
Готовая книга пошла по рукам, вызывая у волшебников неподдельное восхищение, а я принялся клеить следующую. Дело это было крайне небыстрым. Несмотря на магию, на один экземпляр у меня уходило минут пять. Пришлось взять помощников, которые стали отбирать и складывать листы в тетради. Это ускорило процесс, но ненамного, ведь прошивку и проклейку я не мог доверить никому, подозревая, что маги обязательно накосячат. В итоге каждая новая книга стоила мне три-четыре минуты жизни.
Скрепя сердце, пришлось налаживать конвейерное производство, поручив Беллатрикс, как самой старательной и ответственной, оборачивать обложками с пленкой листы картона, а Нимфадору заставив возиться с клеем, нанося его на корешки и переплетные крышки. Без накладок и оплошностей не обошлось, но магия позволяла безболезненно их ликвидировать. Зато время создания одной книги удалось сократить до пары минут. Вспоминая видеоролики, наглядно демонстрирующие современный процесс книгопечатания, я осознавал, что это - целая вечность, но больше полезных мыслей по оптимизации производства моя голова родить не смогла.
В хорошем темпе мы проработали почти четыре часа, после чего решили прерваться на обед, чуть-чуть не добив итоговый результат до сотни томов. Что любопытно, решив подбодрить своих помощников, я заявил, что мы прекрасно справляемся, и что четверть работы уже позади. Но добился обратного результата – волшебники откровенно приуныли, устав от однообразности поставленных перед ними задач. И я их понимал. Что поделать, конвейер – штука специфическая, для него нужна крепкая психика!
Пока мы уплетали наваристый куриный супчик и заедали его узбекским пловом, я продолжал думать над возможностью оптимизации процесса. И после десерта решил подойти к задаче с другой стороны. Будем откровенны, большую часть работы по созданию книги выполняю я, поэтому ускорить процесс распределением труда не получится. Все, что можно, я уже отдал помощникам. Но если попробовать разбить свою долю на отдельные мелкие задачи и выполнять их не последовательно, а одномоментно? Как это и происходит на конвейере.
Эта идея меня настолько захватила, что в пространственный карман я вернулся, полный нездорового энтузиазма. Серьезно, на меня даже Беллатрикс обеспокоенно начала коситься! Но потом, когда я объяснил суть задумки, мои помощники, в число которых попал вернувшийся из особняка Друммонд, быстро поняли свои задачи. Сосредоточившись на создании тетрадей, мы оперативно сделали полсотни стопок, которые я принялся прошивать одну за другой. Поскольку действия были однотипными, а исходный материал уже подготовлен, я управился минут за семь, после чего занялся проклейкой корешков. На это ушло минуты две, поскольку наносить слой клея сразу на пару десятков поставленных в ряд томов было легче, а сушка и вовсе отнимала секунды. Еще пара минут ушла на добавление форзацев и нахзацев, тканевого фиксатора и очередную проклейку.
