Автор выражает особую признательность за поддержку проекта таким замечательным людям как: Иванов Д. Н., Александр Лодочников, Сергей Пащенко, Denis Solodovnikov, Андрей Владимирович, Виталий. Ск., Petr Girich, Ift-book, Govald, Ольга Рубацкая . Когда-то и скалы падут на равнины и человек вообще смертен, но данные люди будут вечно жить на страницах моих книг.
Жизнь по инерции, так можно было назвать происходящее в стране. Мы достаточно весело отметили Новый 1992 год! Как всегда столы ломились от различных деликатесов! В последний раз во время существования моего народа. В последний раз я кушал настоящий советский оливье, ибо салат уходил в прошлое и становился эпохой, далее он будет доступен лишь олигархам, так мы плохо жили. Для примера настоящее крабовое мясо в нем заменят на ненастоящую докторскую колбасу, а красную икру в салате заменят на зеленый горошек. Хотя икру уже давно заменил зеленый горошек, ибо при правлении Горбачева уже опустели рыбные магазины и практически все стало по талонам. Давно уже не было свежей на развес! Когда мама давала какую-то мелочь отправляя в «Океан» и просила принести 3–4 кг черной икры или 2–3 красной т. к. она была более дешевой и менее популярной. Улыбчивые продавщицы (да и улыбки куда-то пропали вместе с появлением Горбачева) всегда спрашивали малыша, сколько килограмм икры тебе взвесить? Взвешивали и затем задавали вопрос…
— Тут на 100–200 грамм больше, будете брать?
Естественно мы брали! Как не брать? Да придут времена когда баночка в 50 грамм черной, невкусной т. к. не своего посола икры будет продаваться за сумасшедшие деньги, а при СССР 100–200 грамм небольшой перевес, когда можешь попросить перевесить или заплатить за такую мелочь, но точно никто бы не стал покупать 100–200 грамм*, а уже тем более 50 грамм отдельно. Зачем⁈
100–200 грамм* — здесь главный герой немного преувеличивает, черная икра при СССР имела самую мелкую фасовку в баночках по 250 грамм. Ее покупали, так что технически можно сказать по 200 грамм покупали. Мы видим мир глазами главного героя и его впечатления от эпохи. Возможно дети не из столь благополучных семей, рабочей элиты по типу металлургов или шахтеров жили похуже. Ведь рабочая элита в то время получала зарплату выше, чем министры, что кажется невероятным для 21 века.
Особенно меня умилял наш сосед, тот самый одинокий пенсионер, что жил с нами на одной лестничной площадке в однокомнатной квартире. Ибо он рассуждал… О как он рассуждал!
— Вы не понимаете, СССР тюрьма народов, что мы видели кроме голода и холода⁈ Вещал он нам, так что даже мои полностью либеральные родители, а иных в то печальное время было встретить трудно удивлялись…
— Так уж и голод… Несмело возражала моя маменька, ибо ей было слегка обидно, как хозяйке, которая старалась и накрывала стол.
— Да голод! Сосед разошелся и ударил кулаком по столу, не заметил и ударил по помидору (вынут из банки соленьев) который лежал у него на тарелке и тот разлетелся по столу кровами брызгами. Символично…
— Простите. Тут же повинился сосед т. к. тарелка треснула, а помидор заляпал скатерть и множество тарелок с разными блюдами наставленными на столе.
— Ничего бывает, сейчас приберу. Тут же отозвалась моя хозяйственная мамочка.
— Сколько можно кормить все эти бесконечные республик? Этих дармоедов! Теперь Россия заживет! Мы увидим Россию которую потеряли! Продолжал бесноваться сосед, которого сразу же поддержала мамочка Сени.
— Верно говорят скоро талоны отменят, новых-то не давали! Будут рыночные реформы и цены пойдут вниз! Высказалась она.
— Говорят не сразу цены пойдут вниз, некоторое время они будут расти. Несмело высказался мой батя.
— Будут! И пусть растут! Мы что нищие⁈ Возмутился сосед пенсионер и снова получил поддержку, но тут уже от момей мамы.
— Ельцин говорит кратковременно цены могут вырасти — это называют шоковой терапией в экономике, но рынок сам их отрегулирует и они неминуемо поползут вниз. Частично процитировала алкаша, пропившего всю страну моя мама.
— Да и как они могут не упасть? Станут еще ниже чем в проклятом совке! Бесновался пенсионер доказывая моему бате, что он ошибается…
