Вскоре они выехали на маленькую площадь, типичную для сотен поселков: со зданием администрации под триколором, с памятником павшим в Великой отечественной, облупившимся, но с неизменными цветочками, сиротливо приткнутыми у ног застывших в бронзе защитников. В машине оставили Пашу, сами же прошли сначала через сени с запахом плесени, затем по скрипучему темному коридору мимо запертых дверей. Внимательно вглядывались в надписи на прибитых к дверям табличках. Перед крайней дверью остановились: «Председатель». Подергали ручку – закрыто, постучали – никого. Съемочная группа растерянно топталась на месте.
– Алла, куда ты нас привезла?
Накалявшуюся атмосферу разрядил стук входных дверей, послышались уверенные торопливые шаги. И вот перед ними предстал высокий сутулый мужчина средних лет с усталым бледным лицом и редкими серыми волосами.
– Извините. У нас тут… печальное событие. Примкнул, так сказать, к процессии. Люди сказали, что приехало телевидение, администрацию ищет. Я прямиком сюда.
– Василий Иванович? – уточнила Алла.
– Да, он самый к вашим услугам.
– Я Алла Петрова, менеджер ГТРК, это вы со мной общались.
– Очень приятно.
– Я – главный режиссер Василий Карманов, – приосанился Вася. – Это – наш редактор Дарья Волкова, оператор Егор Бахтин. В машине у нас водитель Павел.
– Да что ж мы стоим здесь, сейчас я кабинет открою.
Глава местной администрации вынул из кармана ключ, открыл дверь, гостеприимным жестом пригласил войти. Телевизионщики очутились в кабинете, отчаянно нуждавшемся в ремонте: с топорщившимися клочьями оторванного линолеума неопределенного грязно-бежевого цвета, с желтыми в сальных пятнах обоями, с облупившейся мебелью. Съемочная группа разместилась на деревянных стульях, причем стул под плотным Васей пискнул и подломился одной ножкой, режиссер вовремя успел вскочить. Глава густо покраснел.
– Извините, руки не доходят до элементарного ремонта… Да и денег особо нет. И тем не менее мы приняли решение заказать фильм на десять минут о нашем селе, о предприятиях, которые у нас есть, а главное, о людях… Скажу откровенно, у людей опускаются руки, потому что ощущение такое, что наше село, да и русская деревня вообще, наш труд – труд сельского труженика – никому не нужны. Понимаете, сердце кровью обливается… И хотя денег у нас немного, и, может, было бы лучше просто раздать их моим односельчанам, я подумал, что будет лучше, полезнее для них снять фильм… На весь край показать их труд, их лица, сказать добрые слова о том, что они нужны… Знаете, как в советские времена, когда показывали лучших работников. В те времена наше маленькое хозяйство телевидение объезжало стороной, а потом и просто люди труда стали никому не нужны. А за деньги можно все. Поэтому большая просьба к вам – не говорите, что фильм платный. Пусть они думают, что вы приехали к ним, потому что они – прекрасные труженики, потому что ситуация в стране меняется и правительство опять обратило внимание на сельчан.
– Да, конечно, обязательно! – преданно глядя на главу, отчеканил Вася. И чуть было не добавил: «Желание клиента – закон».
– Что будем снимать? – открывая блокнот, деловито осведомилась Даша. – Помните, у нас всего десять минут эфирного времени. То есть снять-то можем много, но что из этого войдет в фильм – вопрос.
– Прежде всего – коровник. Большая часть жителей села занята именно там. И еще льнозавод.
– Прекрасно! – подытожил Вася. – Я уже вижу, как это будет: пять минут – на коровник, три – на льнозавод, полторы – на интервью с вами.
– Ой, – поморщился глава. – А можно без этого? Не мастер я говорить.
– Нельзя! – отрезал Вася. – И подумайте, с кем можно записать интервью. Не больше двух-трех человек.
– Хорошо, – глава пометил себе.
– И еще – что мы могли бы снять сегодня? У нас не так много времени – остаток сегодняшнего дня. Завтра полный день. А послезавтра с утра мы выезжаем.
– Сегодня мы могли бы снять коровник, вечернюю дойку. И там же интервью записать у главного животновода. Завтра – льнозавод и интервью с начальником цеха.
– И с вами, – вставил Вася.
– Хорошо, – поморщился Василий Иванович.
– Я вот что еще подумал, – осторожно начал Вася. – Уместен был бы такой эпизод: мы говорим за кадром, что глава не забывает и ветеранов. Традиционными стали встречи, когда вы принимаете у себя, можно даже здесь, ветеранов труда, выслушиваете просьбы, оказываете пожилым людям помощь, к примеру, в виде продуктовых наборов или комплектов постельного белья.
– Я вас понял. Такие встречи действительно имеют место. Хорошо, на завтра я приглашу наших ветеранов. Но не сюда, встречи у нас проходят в столовой.
– Отлично! Я думаю, мы все успеем. Тогда льнозавод – две минуты, коровник – три. Картинка будет разнообразнее.
– Согласен.
– А теперь, – вступила в разговор Алла, терпеливо дожидавшаяся, когда творческие работники закончат свои дела, – хотелось бы обсудить бытовые и материальные вопросы. Насколько я знаю, вы еще не оплатили счет.
– Сейчас, – глава вспыхнул и снял телефонную трубку. – Люда, зайди и захвати счет от ГТРК.
