— Да уж… Монстры остаются монстрами, — Диармайд вернулся к разглядыванию потолка. Он не заметил как жрец бросил косой взгляд на парня, поспешив покинуть комнату.
Когда Диармайд вышел из храма, в воздухе витал освежающий запах озона. Огромная площадь была почти пустой. Тень от обелиска, как часовая стрелка, указывала на полдень. Пара перепивших магов брела в обнимку к кварталам знати. Было тихо. Все кошки разбежались, едва Диармайд вышел из храма. Вдалеке дрожало марево.
— Поздравляю с выздоровлением! — радостно выкрикнула Николь. Девушка в мгновение ока оказалась рядом, она крепко обняла любимого за шею и ласково поцеловала. В этом царстве тишины её голос был подобен грому. Только пьяные маги наблюдали за происходящим, тихо хихикая.
Они вернулись домой. Диармайда ждал тёплый обед, жареный рис с рыбной юшкой.
— И что теперь? Ты видел, как окружён дворец? С Аменом ты не поговоришь… — Николь заговорила, только когда Диармайд закончил трапезу.
— Нет, поговорю. Ночью я проберусь во дворец, — Диармайд вдохнул пар от горячего кофе. От одного его запаха бодрило.
— И как ты проникнешь туда? Дворец окружили маги. Сами меджаи держат оборону уже не один месяц и убьют всякого, дерзнувшего нарушить границы. Город вот-вот взорвётся от напряжения, если Эхнатон не выйдет к своим подданным.
Диармайд подошёл к тайнику, где хранился браслет Трусливого Джека, и снял с него слой из маны смерти, враждебную ко всему, кроме него.
— Думаешь он поможет тебе незаметно проникнуть туда? — Николь было неприятно наблюдать за тем, как её любимый упал на землю. Ей трудно было представить насколько же сильной была боль. Николь видела, как Диармайд переживал даже самые жуткие ранения с безразличным лицом.
— Я просто убью тех, кто будет мне мешать, — поднимаясь с пола ответил Диармайд.
Несмотря на то, что маги могут видеть в темноте, это всё ещё самое удобное время, для скрытного проникновения. Не все маги постоянно используют ночное зрение, да и видят они ночью по разному.
Диармайд без труда затерялся в тенях, когда вышел из дома. Ночной Уасет преобразился не меньше, чем дневной. На улицах были только маги и адепты, обычные люди или попрятались в домах, или просто уехали из номинальной столицы. Неоновые вывески были выключены, рестораны и кафе закрыты. Только далёкая академия сверкала множеством огней.
Парень замер и внимательнее пригляделся к академии. Он видел её! Не туман, укрывший собой весь остров посреди реки, а высокие шпили академии, окружённые коконом из синей энергии. Похоже благодаря кристаллу смерти он сейчас способен был видеть через иллюзии.
Диармайд ненадолго замер, залюбовавшись величественной постройкой. Жаль, что у него не получилось провести там больше времени… парню нравилось учиться. Если бы он жил другой жизнью, он бы хотел провести её в стенах подобного учреждения, посвятив себя науке. Диармайд горько вздохнул и продолжил свой путь. Ночь ещё юна, но медлить тоже не стоит. Парень желал закончить с делами ещё до наступления утра. Находиться в этом городе слишком долго — опасно.
Спрыгнув в открытый люк, рядом с рыбным рынком, Диармайд оказался в канализации. В такие моменты он радовался особенностям магии смерти. Смрад пробивался даже через нечувствительное к подобным ароматам обоняние. На покрытом слизью полу, без особого труда, можно было разглядеть следы подошв. Похоже, в последнее время, канализация стала людным местом… Сырость липла к коже как мазут, въедалась в одежду и раздражала глаза. Диармайд призвал копьё, готовый в любой момент к встрече с канализационными туристами.
Первая пара магов встретилась, когда Диармайд миновал квартал набережной, направившись в сторону дворца. Они почти не говорили, но он без особого труда распознал шаги. Как можно так беспечно шлёпать по болоту, не опасаясь, что тебя обнаружат?
Диармайд не спешил. Он наполнил маной глаза, парализовав неудачливых магов. Ему нравилось использовать дурной глаз, особенно в последнее время, когда он стал настолько сильным. Жаль он не может допросить их, не рискуя привлечь к себе нежелательное внимание. На шее у магов он заметил герб в виде поля, с облаком саранчи над ним. Диармайд вырвал левой рукой глотку у мужчины и пронзил копьём правый глаз его соратника.
Диармайд ощутил железистый запах крови и улыбнулся. Ему нравилось ощущать как по пальцам стекала кровь, её теплоту. Он слизал влагу с пальца, оскалился, и продолжил путь. Как же ему не хватало чего-то подобного…
