— Так, — подвел итог моим рассказам капитан. — Значит, склад был заминирован, и кто-то за ним смотрел…
— И сейчас смотрит! Помните, товарищ капитан, я про телефон говорил? Он же работал! И кто-то на другом его конце сидит! Так что, с моей колокольни глядя, должен он туда вскорости и пожаловать…
Капитан смотрит на Хворостинина.
— Так тоже может быть, Котов, — кивает головой особист. — Оттого и охрана вокруг склада стоит. Мало ли… Вдруг туда еще один вход есть?
— Ну… не знаю, товарищ старший лейтенант. Может быть, конечно, мы ж там не все еще осмотреть успели. Так… по верхам прошлись…
Особист хмыкает.
— Я уж вижу! Бойцов приодели, вооружили.
— Так все равно ж всего нам не унести! А так еще ходить долго предстоит. Когда теперь подобная возможность будет? У нашего-то старшины… зимой снега не враз получить выйдет!
— На то он и старшина! — веско возражает особист. — Вы мне вот что скажите, Котов, склад этот, по-вашему, для чего тут заложен?
— То есть?
— То и есть. Этот склад на чьи нужды закладывался? Для армии или… еще для кого?
— Не знаю, товарищ старший лейтенант, про кого вы там думаете, но склад точно армейский!
— Почему?
Лезу в вещмешок (кстати, тоже новый, на складе позаимствованный) и вынимаю оттуда банку.
— Вот!
Командиры удивленно на нее смотрят.
— Что это? — наконец спрашивает меня особист.
— Вакса! Сапоги чистить.
— И что?
— Много у нас тут народу с начищенными сапогами ходит?
— Да… немного совсем. Да и те, в основном, травой обходятся.
— Вот именно! Не до красоты им сейчас. Да и кто во вражеском тылу будет в блестючих сапогах расхаживать? А когда часть в обороне стоит… тогда и на это смотрят уже повнимательнее.
— Надо же… — удивляется капитан. — Глазастый ты, Котов! Я бы и то не сразу на это внимание обратил. Ишь ты — вакса!
— Разумно, — кивает головой Хворостинин. — Не лишено логики. Действительно, диверсантам вакса ни к чему, да и пушки им не нужны. А вы, Котов, действительно умеете замечать подобные мелочи.
Они оба переглядываются, словно продолжая какой-то, мне неизвестный, спор.
С дрогнувшей ветки обрушилась обильная капель, и лежащий на земле человек втянул голову в плечи.
— Черт!
— Что там у тебя? — лежавший в пяти метрах от него командир повернул голову.
— Да роса за шиворот попала…
Командир хмыкнул и снова поднес к глазам бинокль, осматривая лежащее впереди поле. Чисто… и тихо. Это не вызвало бы удивления, если не учитывать тот факт, что сразу за полем виднелось несколько домиков. Насколько было ему известно, домики эти вполне себе обитаемы, и люди там присутствовали. Ну, во всяком случае, они там жили раньше. До того, как сюда пришли немцы.
А сейчас… сейчас в домиках не было никаких признаков жизни. Не слышалось людских голосов, не лаяли собаки, и не кудахтали куры. Дома выглядели целыми и обитаемыми. И это-то и являлось самым странным. Ну ладно, люди могли и затаиться по каким-либо причинам. А куры и собаки? Им кто и, главное — каким образом, глотки позатыкал?
Вот уже три часа лежали тут разведчики, высматривая малейшие признаки опасности. Казалось бы, за каким рожном сдалась именно эта деревушка? Пройти мимо, и бог с ней, с молчащей по неведомым причинам живностью! Но пройти мимо было весьма и весьма непросто. Край деревни упирался в речку. Не очень глубокая и быстрая, она, тем не менее, являлась серьезным препятствием из-за заболоченных берегов. А обход с другой стороны…
Именно оттуда и вырвалась недавно сильно поредевшая группа. Пришлось сделать изрядный крюк по лесу и залезть в болото, чтобы, наконец, стряхнуть с хвоста надоедливых «сопровождающих».
Все не задалось с самого начала.
Еще в воздухе парашютисты были обстреляны с земли и понесли первые потери. Первыми же пулями убило одного из двух радистов. Его парашют, более никем не контролируемый, начало сносить куда-то в сторону. Следом за ним ранило еще одного из разведчиков. Положение слегка поправил сильный боковой ветер. Он утащил всех остальных в сторону и тем самым позволил уйти от убийственно точного огня с земли. Однако от погони не спас. Уходя от преследователей, группа потеряла еще двоих человек. И теперь уцелевшие разведчики лежали в кустах, выжидая удобного момента для броска через реку. Единственный мост находился как раз около деревушки. Миновать его никак не удавалось. Возврат назад? Туда, где остались товарищи, прикрывавшие отход? Их автоматы уже давно замолкли, и никаких признаков, свидетельствующих о том, что хоть кто-то из них еще жив, не было. Ждать здесь? Это ожидание не могло быть слишком долгим. Есть у немцев собаки или нет, но головы у них точно имеются. Стоило любому офицеру прикинуть маршруты возможного отхода уцелевших парашютистов… и в деревне появились бы посты фрицев. Да и просто мост перекрыть — уже достаточно. Пара взводов прочесала бы лес… И все…
— Что скажешь, старшой? — сержант Демидов повернул голову к командиру. — Ребят уже давно не слышно, значит, немцы сбили заслон. Еще час-другой… и они выйдут сюда.
