В следующее мгновение мгла немного рассеялась, и они мельком сумели разглядеть монстра. Внезапно все, кто находился на палубе, увидели преследовавшего их кракена. Он был больше любого корабля, поднимался из волн, подобно живой колонне, и стремительно двигался вперед, непонятно, каким именно образом. Халле показалось, что у него физическая форма словно размыта, в основном он состоит из какой-то мягкой зеленовато-черной массы и на его желеобразном теле то появляются, то исчезают жуткие беззубые рты и тошнотворного вида зеленые щупальца. Гребцы, сидевшие лицом к корме, продолжали вопить от ужаса. Некоторые при виде чудовища сошли с ума и начали бросаться в воду, находя смерть в ледяных волнах. Другие зажали уши руками и монотонно раскачивались, словно рев чудовища раздавался у них в мозгу.
Халла увлекла Вульфрика за собой прочь с кормы. Они сели спиной к перилам, глядя на две сотни моряков-раненов, в глазах которых плескалось безумие.
– Не смотрите! – выкрикнул Вульфрик, но приказание это было бесполезно; люди не могли оторвать взглядов от кошмарного существа, преследовавшего их.
Падающее Облако стоял посередине палубы, следя за бессмысленными движениями кракена, до тех пор пока туман снова не сгустился вокруг чудовища. Халла не знала, Иткас это или Аквас, но, как бы ни звали слепого безумного кракена, который преследовал их, в нем не было ничего из рассказов, слышанных в детстве. Не было в этом монстре ничего, вызывающего любопытство или благоговение, лишь первобытный ужас.
Вдруг перед кораблем раздался новый звук, и два огромных щупальца, с которых капала черная слизь, обрушились на палубу, и примерно десять раненов полетели в воду. Второй кракен приближался к ним со стороны носа, и окруженный двумя безумными тварями «Морской волк» плыл по волнам навстречу гибели. В корпусе корабля образовалась течь, посередине палубы из дыры забил фонтан воды.
Халла крепко вцепилась в руку Вульфрика, и они взглянули друг другу в глаза, когда корабль накренился, и треск дерева сказал им о том, что «Морской волк» безнадежно поврежден.
Она снова возблагодарила богов за туман, за то, что кракенов почти не видно. Вульфрик грубо схватил Халлу обеими руками и прыгнул за борт. Рот ее наполнился ледяной водой, и она потеряла сознание.
Халла пришла в себя не сразу. Когда глаз ее открылся, она увидела над собой синее небо и ослепительное солнце. Повернув голову, она моргнула несколько раз. Она лежала на отлогом каменистом берегу, покрытом снегом и выброшенными волнами кусками дерева. Тело ее онемело от холода, ноги находились в воде, волны то накатывали, то отступали прочь. Наверняка вода была смертельно холодной, но Халла едва чувствовала ее, дышать было тяжело, в горло, казалось, набился песок. Она услышала шорохи и стоны, издаваемые людьми. Рядом лежали другие моряки флота драккаров, их вынесло на этот неприветливый берег где-то в южной части земель раненов.
Туман рассеялся, и Халла могла видеть бесконечную, ровную гладь океана; никаких островов, никаких признаков земли. Она медленно пошевелилась, сначала подвигала пальцами, потом руками, постепенно сумела согнуть руки в локтях. Потянувшись к бедру, она с радостью обнаружила, что не потеряла боевой топор. Приложив громадное усилие, она уперлась ладонями в землю и села.
В лицо ей ударил порыв свежего ветра, она опустила веко и сделала глубокий вдох, прежде чем снова открыть глаз и оглядеться вокруг. Берег простирался вправо и влево, насколько она могла видеть, он был усеян расщепленными кусками дерева и телами мертвых и раненых. Топоры без рукоятей, порванные кольчуги, доски с зазубренными краями валялись повсюду. Неподалеку от себя Халла увидела огромное тело Вульфрика; он лежал на камнях, раскинув в стороны руки и ноги, по-прежнему в своих вонючих доспехах из троллиных шкур. За неподвижным телом помощника вождя Фредериксэнда лежали несколько гребцов с погибшего «Морского волка». Некоторые шевелились, но тела большинства раскинулись в гротескных позах, и они явно были мертвы. Халлу больше беспокоили те люди, которые были живы, но сидели, тупо глядя на море безумными, налитыми кровью глазами. Вид кошмарных кракенов свел
В нескольких футах от нее Падающее Облако пошевелился и тоже сел, держась руками за голову. Он трясся всем телом, и голень его была проткнута насквозь острым обломком дерева. Человек не смотрел на рану, не обращал на нее внимания, и Халле оставалось лишь надеяться на то, что его разум оказался достаточно сильным, чтобы устоять перед зрелищем возникающих из волн кракенов.
– Рексель Падающее Облако, церемониймейстер Хаммерфолла, – окликнула она его, выплюнув изо рта горечь от морской воды.
Он неуверенно посмотрел на нее, и Халла увидела, что на щеках его замерзли слезы, глаза покраснели и едва открывались. Он потер лицо и повернулся к женщине-воину.
– Моя… госпожа, – едва слышным голосом ответил он. – Я жив. Я жив.
