Бронвин было известно о потомках Гигантов, людях, в жилах которых текла кровь богов, но она никогда не видела ни одного из них. Предполагалось, что в Тор Фунвейре они вымерли, хотя иногда рассказывали истории о странных существах, наполовину людях, которые прятались в пещерах или высоко на горных перевалах.
– А ты знаешь, что это был за большой человек? – спросил Хасим у Ингрид. – Тот, который сказал, что твоего отца… нет. – Он произнес последнее слово шепотом, боясь, что Ингрид снова начнет плакать.
– Да, я видела его с отцом до того, как уплыли корабли. Его зовут Рулаг Медведь. Он, по-моему, вождь или военачальник, но Вульфрик и Халла сказали, что он придурок. Он и про тебя плохие вещи говорил. Сказал, что ты просто шпион, но я за тебя заступилась.
Хасим улыбнулся девочке:
– Мне повезло, что у меня есть такие друзья, как ты, волчонок. – Он пристально смотрел в туманный камень, и Бронвин поняла, что каресианец отчаянно соображает, что же теперь сказать девочке.
– Если Алдженон мертв… – заговорил Хоррок, – мне даже не хочется думать о том, что произошло с флотом драккаров в море кракенов. Медведю наверняка пришлось перебить тысячи воинов, чтобы добраться до верховного вождя. – Он говорил очень тихо, чтобы девочка его не услышала.
– Ингрид, ты знаешь, что случилось с Вульфриком? – спросил Хоррок.
– Он уплыл с отцом на борту «Молота Фьорлана». Он ведь ни за что не дал бы им убить отца, правда?
Внезапный шум напугал девочку, и она отвернулась от Хасима.
– Кто-то пришел. Я слышу, как они спускаются по лестнице.
– Ингрид, быстро найди место, где можно спрятаться! – властным тоном приказал Хасим.
Раздался какой-то грохот, и в тумане, окутывавшем лицо Ингрид Слезы, Бронвин различила огромную фигуру, прошедшую мимо, с молотом невероятных размеров. Ингрид спряталась за спину огромного существа, и оно обняло ее одной рукой, словно желая защитить.
– Самсон, не дай им убить ее! – закричал Хасим, узнав Самсона Лжеца.
Изображение затуманилось; в часовне появились другие люди, они напали на Самсона. Слышны были пронзительные крики Ингрид, она выронила туманный камень и скрючилась в углу. Все трое могли видеть, как потомок Гигантов с ревом размахивал молотом, проламывая черепа предателям из Джарвика.
Затем изображение пропало – случайный удар топора разбил туманный камень на куски.
Хасим взревел и швырнул стул через всю комнату, и тот сломался, ударившись о стену.
– Я скормлю этих ублюдков троллям, как я их ненавижу! – закричал он. – Она всего лишь ребенок. – Он кричал, глядя на темный туманный камень и жалея о том, что воины, пришедшие за Ингрид, не могут его слышать. – Это не честь… ведь ваш Рованоко требует от вас чести, предатели, мерзавцы…
Хоррок поднялся, схватил Хасима за плечи и как следует тряхнул его.
– Возьми себя в руки, Хасим, не то я швырну об стену
Хасим тяжело дышал, глаза его гневно сверкали, он медленно, безвольно опустился на стул.
– У нас большие неприятности, капитан, – тихо сказал он.
Оба сели за стол, и Бронвин увидела, как выражения различных чувств сменяются на их лицах. Хасим по-прежнему дрожал от гнева, но в то же время он глубоко задумался. Хоррок переводил пронизывающий взгляд с предмета на предмет, словно перебирая возможности. Сама Бронвин боролась с отчаянием. Если флот драккаров погиб, ее родина останется в руках рыцарей, а Ро Хейл им не удержать. В последние недели люди иногда выражали надежду на то, что воины из Фьорлана придут на юг и выгонят рыцарей со Свободных Земель раненов. Такое уже случалось однажды, давно, когда люди ро в последний раз попытались подчинить раненов. Люди Фьорлана были жестоки и страшны в бою, они были более могучими воинами, чем простые жители равнин из Свободных Отрядов, и даже Хоррок видел в них основную надежду на победу.
– Через какое время Йохан Длинная Тень с Алым Отрядом сможет добраться сюда? – спросил Хасим после нескольких минут молчания.
– Он сказал, что они отправятся в путь сразу после того, как мы закончим разговор… это было четыре дня назад. Если они будут скакать день и ночь, все равно у них уйдет не меньше недели. – Хоррок пожал плечами. – Теперь нечего рассчитывать на помощь из Фьорлана, так что…
– Плохо наше дело, – подсказал Хасим, но замечание это не могло принести практической пользы.
– Да, плохо наше дело, – согласился Хоррок. – Либо Рулаг Медведь сошел с ума, либо он больше жаждет власти, чем мне казалось. Ему мало того, что он силой захватил Джарвик, теперь этот негодяй вообразил, что сможет стать верховным вождем.
– Медведь когда-то был приятелем Халлама Певайна, верно? – спросил Хасим.
Хоррок кивнул:
– И до сих пор им остался, насколько мне известно. Певайн помог ему захватить и удержать Джарвик. Чувство чести у обоих одинаковое.
Бронвин догадалась: Хоррок и Хасим считали, что здесь имел место какой-то заговор, который привел к гибели Алдженона Слезы и скоро приведет к захвату Ро Хейла.
Хоррок закивал каким-то своим мыслям, словно решил, каким образом действовать.
