– Твой лорд может называть меня так, как пожелает, – отчеканила она, пристально глядя ему в глаза сверху вниз, – но ты, мелкота, должен обращаться ко мне «госпожа Халла» или «воительница». – Она нарочито медленно окинула его взглядом с головы до ног. – Если ты снова назовешь меня одноглазой, я тебя убью… без малейших усилий, запомни.
Рулаг и Вульфрик при этих словах рассмеялись, но человек из Джарвика, казалось, готов был разразиться яростной тирадой. Халла, по-прежнему жестко глядя на него, продолжала:
– Ну давай, назови меня одноглазой…
Халла не могла по силе сравниться с этими людьми, но знала, что она более ловка и искусна в обращении с топором, чем любой из них.
Рулагу это тоже было известно, и он прикрикнул на своего помощника:
– Джалек, сядь. – Затем лорд Джарвика обернулся к Вульфрику. – Конечно, забавно сидеть здесь и наблюдать за молодежью, однако хотелось бы узнать, когда вернется лорд Алдженон?
Халла бросила на Вульфрика мрачный взгляд:
– Его что, здесь нет?
– Я же велел тебе подождать, но ты, Халла, не из терпеливых.
– Отец ушел на встречу с этим ужасным стариком, – раздался детский голосок откуда-то из угла, и появилась Ингрид Слеза, которая направилась к сидящим мужчинам.
Халла почувствовала себя несколько неловко в присутствии девочки, потому что Ингрид просто боготворила женщину-воина. Они встречались всего несколько раз, но девочка всегда засыпала Халлу вопросами о сражениях, о традициях Рованоко.
Ингрид подошла к Вульфрику и радостно улыбнулась Халле. На ней была простая одежда из грубой шерстяной ткани и тесный плащ с воротником из волчьего меха. Обуви на ней, как и почти всегда, не было, и Халла подумала, что у ребенка, наверное, ужасно мерзнут ноги.
– Похоже, придется мне привязать к твоей ноге троллиный колокольчик, волчонок, – тогда тебе не удастся незаметно подкрадываться к людям, – произнес Вульфрик со строгим выражением лица любимого дядюшки.
Ингрид в замешательстве опустила взгляд:
– Но когда вы знаете, что я поблизости, мне труднее слушать ваши разговоры.
Рулаг Медведь расхохотался во все горло.
– У Алдженона имеется многообещающий шпион, – сказал он, жуя ломоть хлеба. – Она может вместе с этим каресианцем, троллиным… – тут он произнес непристойное слово, – отправиться шпионить за людьми ро.
Вульфрик и Ингрид злобно воззрились на лорда Джарвика, и Халла решила, что им обоим нравился
Ингрид обернулась и взглянула снизу вверх на гиганта Вульфрика:
– Но он же хороший, правда? Ведь мы с тобой любим Хасима?
– Любим мы его или нет, не важно; нужно следить за языком в присутствии детей, – сказал Вульфрик, не сводя сердитого взгляда с Рулага.
Халла улыбнулась ему и положила руку на плечо; но Вульфрик отвернулся.
– Как я уже сказала, сейчас, на мой взгляд, в этом зале маловато мужчин, – произнесла она негромко, так чтобы лорды Джарвика не расслышали ее слов.
Ингрид протиснулась между Халлой и Вульфриком и с вызывающим видом посмотрела на Рулага.
– Так вот, мы любим Хасима, и мой отец тоже его любит.
На лице Рулага появилось оскорбленное выражение, а сам он нахмурился, глядя на этих троих, швырнул недоеденный кусок хлеба на карту побережья Фьорлана и поднялся со стула.
– Мастер Вульфрик, я могу выражаться так, как мне нравится, в присутствии кого угодно, и ни ты, ни твои… – он посмотрел сначала на Халлу, потом на Ингрид, – твои женщины ничего не смогут с этим поделать. Еще раз спрашиваю, где лорд Алдженон? Я уже устал от этого дурацкого ожидания.
Вульфрик слегка поклонился в знак уважения к Рулагу, а Халла подумала: наверное, он считает, что его положение распорядителя все же не дает ему права спорить с лордом-военачальником. Вульфрик обернулся и посмотрел на Ингрид.
– Под «ужасным стариком» ты подразумеваешь Самсона? – спросил он у девочки.
Ингрид кивнула.
Лорды Джарвика переглянулись при упоминании имени безумного старика, и Калаг поднялся на ноги.
– Он пользуется советами лжеца? Неужели ему недостаточно мудрости ордена Молота?
– Он скоро вернется, мои господа. А до его возвращения вы должны ознакомиться с его приказаниями насчет развертывания флота, – сказал Вульфрик, высвобождаясь из рук Ингрид. – Волчонок, пожалуйста, возвращайся в спальню и больше не подслушивай разговоры взрослых. – Он осторожно подтолкнул ее в сторону дальней стены зала, и она с обиженным выражением лица побежала к двери, ведущей в ее дом.
Вульфрик обернулся к Халле.
– Боюсь, тебе придется все-таки подождать снаружи, – просто сказал он. – Ты еще даже не дала согласия отправиться в поход вместе с нами.
Халла сначала собиралась сказать резкость или даже возмутиться и обвинить Вульфрика в оскорблении, но лишь прикусила губу и решила приберечь гнев для другого случая.
Едва заметно кивнув Рулагу и его сыну, она размашистыми шагами вышла из пиршественного зала.
