Голем снова поднялся на ноги; воздух около внешних стен Колодца задрожал. Словно из ниоткуда появились еще две из Семи Сестер, и голем приблизился к ним.
— Изабель Соблазнительница, она желанная гостья в Колодце Заклинаний, — обратился голем к младшей из двух волшебниц. Затем неловкими шагами подошел ко второй и произнес: — Шильпа Тень Лжи, она тоже желанная гостья в Колодце Заклинаний.
Изабель и Шильпа с глубоким почтением поклонились сначала голему, затем сидящей Сааре. У них не было рабов, и Зел снова вспомнил о том, что он единственный человек, который за всю историю Семи Сестер являлся рабом одной из них.
Саара поднялась с кресла и пересекла помещение, чтобы поздороваться с младшими сестрами. Сначала они обменялись формальными приветствиями — каждая из них поклонилась Сааре с почтением, но церемонии были быстро отброшены, все трое заулыбались и начали обниматься с искренней теплотой.
— Сколько уже прошло — три года, с тех пор как мы встречались? — спросила сестер Саара.
— По-моему, четверо из нас виделись прошлой зимой, — заметила Изабель, — хотя, возможно, память изменяет мне.
Шильпа кивнула и сказала:
— Да, верно. Именно прошлой зимой Амейра и Катья отправились в Ро Тирис.
Саара весело рассмеялась, и смех ее походил на звон серебряных колокольчиков.
— Ах да, я припоминаю, как Катья не особенно хотела ехать в такую холодную страну.
— А мне жалко Амейру, которая находится среди людей Канарна. Эта страна холодная и
Зела поразило сходство между тремя высокими, с блестящими черными волосами и роскошными формами женщинами. Изабель была несколько моложе остальных, и на лице ее часто мелькала лукавая улыбка; у Саары были темно-зеленые глаза, чем она отличалась от своих синеглазых сестер, а в движениях Шильпы чувствовалась ленивая грация, словно она постоянно исполняла фигуры некоего танца. У Саары татуировки на лице отсутствовали — привилегия старшей сестры — у двух других на левой щеке красовались сложные черные узоры. У Шильпы были несколько летящих птиц, у Изабель — свернувшаяся змея. Татуировки как будто светились изнутри, и Зел не мог оторвать взгляда от прекрасных изображений. Несмотря на то что изображения различались, Зел заметил в них много похожих элементов, и издалека трудно было отличить одну татуировку от другой.
— И как у нас поживает юный Зелдантор? — с благодушной улыбкой спросила Изабель.
— Отлично, — ответила Саара. — Зел, подойди и поклонись Изабель и Шильпе.
Раб-кирин склонил голову и приблизился к трем колдуньям.
— Для меня неслыханная честь видеть вас обеих, благородные сестры моей госпожи, — произнес он формальное приветствие.
Все трое рассмеялись, и Зел на миг прикрыл глаза, наслаждаясь этими звуками. Голоса их составляли гармоничное целое, смех этот был громче обычного, и рабу эти звуки показались магическими.
— А другие твои сестры присоединятся к нам сегодня, госпожа? — спросил он у Саары.
— Да, я призвала сюда двух сестер, которые останутся в Каресии. Катья и Амейра заняты своими делами, и, если верить новостям, которые я получила сегодня от Ларикса, похоже, что в своих предприятиях они достигли успеха.
Шильпа и Изабель еще не слышали этой новости, и на лицах женщин появилось радостное, возбужденное выражение. Зел понимал: что бы ни происходило в Ро Канарне, это случилось по воле Сестер, и события, каковы бы они ни были, развивались по плану.
Вскоре воздух у стен Колодца снова задрожал, и еще две прекрасные женщины появились в противоположных его концах. Голем поднялся, чтобы приветствовать сначала одну волшебницу, потом другую.
— Лиллиан Госпожа Смерти, она желанная гостья в Колодце Заклинаний, — произнес он своим раскатистым голосом, затем пересек центральный двор и остановился перед последней из прибывших Сестер. — Саша Иллюзионистка, она также желанная гостья в Колодце Заклинаний.
Голем вернулся к работе — он выдирал мох и лишайники, росшие у подножия священного дерева, а Саша и Лиллиан приблизились и заняли два из семи мест.
Саара, сидя на своем возвышении, с любовью смотрела на четырех сестер. Зел стоял у ее левого плеча; впервые за несколько лет столько Сестер собрались вместе, и определенно это была первая встреча в присутствии юноши-раба. Во время предыдущих визитов в Колодец, когда Зел сопровождал свою хозяйку, она приходила сюда для того, чтобы предаваться размышлениям, но сейчас он в полной мере ощутил могущество волшебниц и почувствовал себя жалким и ничтожным.
Две сестры, пришедшие последними, выглядели почти так же, как и остальные, хотя Лиллиан была самой высокой, а Саша несколько смуглее остальных. Как и татуировки Шильпы и Изабель, узоры на их лицах выступали четче в Колодце Заклинаний, и Зел не мог оторвать от женщин глаз. Лиллиан сидела к нему ближе всех, справа от кресла Саары. Татуировка ее изображала руку, которая как будто хватала ее лицо, — она казалась самой зловещей по сравнению с прекрасными цветочными узорами на щеке Саши.
