Лежа в воде, он с грустью думал об Элизабет, находившейся сейчас где-то в доме, но, увы, не рядом. Его сердце радостно забилось, когда, войдя в комнату, он застал там свою жену. На какой-то миг он даже подумал, что она пришла встретить его, потому что скучала. Он почти поверил, что ей действительно хотелось починить его одежду, убрать в его комнате, а главное, превратить холодный замок в их уютный дом. Дом, которого у Рори никогда не было и к которому он всегда так стремился, но никогда не надеялся обрести.
Его надежды умерли в тот миг, когда он увидел ее виноватое лицо. Да, Бет явно пришла сюда не как заботливая жена. Рори почувствовал себя так, словно его окатили ведром ледяной воды.
А чего, собственно, он ожидал? Маркиза жила в замке как в плену. Их нелепый свадебный договор вряд ли мог вызвать в ее душе что-либо, кроме холодной враждебности.
Нет, лучше оставить подобные мысли, они не доведут его до добра, только все усложнят.
Закончив мыться, Рори выбрался из лохани и направился к шкафу. Он побрился еще у Мэри, и теперь изысканному моднику предстояло лишь выбрать подобающий наряд. Мысль о необходимости натягивать на себя тесный петушиный камзол и узкие панталоны сразу же испортила ему настроение. Он бы сейчас предпочел просторную рубаху и удобные бриджи. Увы, маркизу не подобает иметь такие слабости.
Чертов титул. Когда-то Рори упрашивал отца отправить его в Эдинбургский университет. Юноша мечтал изучать право, а потом выучиться на врача. Но в ответ отец разразился оглушительным хохотом. Разве стал бы он тратить хоть пенни на ублюдка. Старый маркиз не сомневался, младший сын его жены был настолько туп, что годился лишь прислуживать на конюшне. Бремору не нужны были врачи. Форбсам не помешало бы объединить свои земли с какими-нибудь сильными и влиятельными соседями, а для этого требовалось найти Дональду подходящую жену. Больше отца ничто не волновало.
Рори так и не мог понять, что заставило его вернуться в Бремор, когда отец призвал его присоединиться к войскам Камберленда. Возможно, он по-детски стремился получить признание своей семьи. Несмотря ни на что, Рори всегда втайне мечтал об этом. Эта мечта и толкнула его на то, чего он не должен был делать. Он не должен был убивать тех славных людей.
Отмахнувшись от дурных мыслей, маркиз выбрал самый безвкусный камзол и самые вызывающе яркие панталоны.
Если придется общаться с женой, надо было постараться выглядеть как можно противнее.
Последняя колода карт полетела в камин, всколыхнув языки пламени. В ней тоже не было одного валета.
На этот раз Элизабет решила надеть бархатное темно-синее платье, одно из тех, что сшили к ее свадьбе. Девушка изо всех сил старалась убедить себя, что выбрала это платье случайно, а вовсе не потому, что синий цвет всегда выгодно оттенял медь ее волос и зажигал удивительными огоньками ее голубые глаза.
Маркиз так долго отсутствовал. Где он побывал, с кем разговаривал? А вдруг ему удалось узнать что-нибудь о Черном Валете? Может, Форбс слышал о принце Чарльзе, которому пока удавалось скрываться от Камберленда. И, главное, он обещал передать письмо ее брату.
Ей очень хотелось верить его обещанию. Больше ей не во что было верить.
Полная смятения и каких-то неясных предчувствий, Элизабет подошла к окну и взглянула далеко за холмы, туда, где раскинулся зелеными клубами темный лес. Лес, где жила любовница ее мужа. Вечерний туман спускался с гор, окутывая изумрудную зелень своим мягким светом. Все вокруг казалось таким мирным, с трудом верилось, что на этой прекрасной шотландской земле и сейчас повсюду льется кровь и страдают люди. Бет горестно вздохнула и смахнула скатившуюся по щеке слезу.
Она уже никогда больше не увидит своих близких. Но она еще может попытаться спасти Дугала.
Продолжая глядеть в окно, маркиза почувствовала, что в комнате кто-то есть. Она так глубоко погрузилась в свои печальные мысли, что не слышала, как он вошел. Она не стала оборачиваться — не хотела, чтобы он видел ее слезы. Ведь она из клана Макдонеллов — гордых и сильных людей.
Мягкий ковер заглушал шаги. Бет знала, что Форбс приближается к ней, только по усиливающемуся запаху цветочного мыла. Бет украдкой вытерла слезы.
— Миледи?
Бет обернулась, надеясь, что ее не выдадут покрасневшие глаза. Но, взглянув на Рори, она поняла, что надежда была напрасной. Он понял. Но при этом в его взгляде мелькнуло что-то… неужели сострадание?
Нет, господи, не надо. Она лучше будет думать о Камберленде, о битве при Каллодене. Да, об этой битве. Возможно, Форбс убил одного из ее братьев. Маркиз — предатель, изменник, вероотступник… Но сколько бы она себе этого ни говорила, она все равно не могла оторвать взгляда от его лица.
