— Я обязательно пришлю вам деньги, — заверила ее маркиза.
— Можете не спешить.
Бет с удивлением отметила, что ей нравится эта женщина, нравится, как спокойно и непринужденно она держится в такой непростой для нее ситуации.
— Мне пора, — произнесла она.
— А как же чай?
Поразмыслив минуту, Элизабет улыбнулась.
— Джейми может подумать, что вы опоили меня каким-нибудь зельем, — пошутила она.
— Да, я ведь колдунья. — Неожиданно взгляд Мэри стал тоскливым и задумчивым.
Она подошла к очагу и, наклонив висевший над ним чайник, налила немного чаю в грубую глиняную чашку. Потом, достав вторую, плеснула я туда дымящегося напитка. Обернувшись, она выжидающе посмотрела на свою гостью, которая собралась уходить.
— Пожалуйста, останьтесь, — попросила хозяйка.
Предложение показалось Бет неожиданно заманчивым. В своей холодной комнате в Бреморе она никогда не чувствовала себя спокойно, а здесь, в лесной глуши, было по-домашнему тепло и уютно, и уходить совсем не хотелось. Господи, как же она завидовала этой женщине. Свободной женщине, которая могла быть с человеком, которого любила. Увы, Бет не суждено познать вкус такой свободы.
— Сегодня я не могу, но все равно благодарю вас, — вежливо отказалась маркиза.
Женщина лишь слегка кивнула, задумчиво глядя на гостью.
Уезжая, маркиза думала о том, что поездка была не напрасной. Кое-что узнать все-таки удалось.
Маркиза не было уже целую неделю. Даже больше. Он где-то пропадал уже девять дней. Впервые со дня их свадьбы он исчез так надолго. От дурных предчувствий Элизабет вновь нахмурилась, как она обычно хмурилась, вспоминая о своем муже. Сейчас она наблюдала за тем, как две служанки чистили серебряные ложки, потускневшие и почерневшие от времени. Под присмотром хозяйки девушки смахнули многолетнюю пыль со старинных гобеленов и протерли картины, с которых смотрели предки клана Форбсов. Бет казалось, что их проницательные взоры следили за ней повсюду.
Странно, у всех были эти темные глаза. А у маркиза светло-карие, способные менять цвет. Приходилось признать, что глаза молодого хозяина были все же гораздо красивее, чем у его предков. Во взгляде Рори таилась какая-то загадка. Ведь обычно у таких никудышных людей, каким слыл этот Форбс, глаза бывают пустые, тусклые от бесконечного пьянства. Вместо этого в глазах ее мужа сверкали живой ум и… тайна.
Чепуха! Все-то она придумывает и выдает желаемое за действительное.
За те два месяца, что они были женаты, Элизабет провела в обществе человека, которого она называла своим мужем, не больше двух дней.
Но это было к лучшему. Во всяком случае, она старалась убедить себя в этом.
За последнюю неделю маркиза многое смогла сделать. У Джейми теперь были новый костюм и новая пара башмаков. Отец паренька сначала недовольно ворчал, но Бет удалось убедить его, что вскоре у всех, кто работает в замке и на конюшне, будет новое платье.
Забрав старые вещи Джейми, девушка пообещала, что отдаст их портнихе и та залатает дыры. А потом починенную одежду отнесут в церковь и отдадут бедным. Она так и сделает, но позже. Гораздо позже.
Пока же после ухода Трилби Элизабет тайком постирала ветхое одеяние и развесила его перед камином сушиться. Проснувшись на следующее утро пораньше, маркиза спрятала потрепанную рубашку и короткие штаны в ящик комода.
День ото дня замок становился все уютнее. Но одна из комнат все еще оставалась неубранной. Сможет ли она узнать что-нибудь о своем муже, проникнув в его спальню?
Вмешательство в чужую жизнь было отвратительным, но ведь комната хозяина тоже нуждается в уборке. Бет заметила это еще в тот вечер, когда приходила туда поиграть в карты. Спальня оказалась довольно чистой, во всяком случае, гораздо опрятнее, чем девушка могла себе представить. Но пол и окна все же оставляли удручающее впечатление. Рори наверняка не обращал на это никакого внимания. Конечно, ведь он так редко наведывался в замок.
Интересно, почему Форбс жил в этой комнате? Она была гораздо меньше других. И почему он не занял огромную спальню своего отца, старого маркиза, которая теперь пустовала? Во время их свадьбы там ночевал Камберленд. А Рори, похоже, не собирался переезжать из комнаты, в которой жил еще в детстве. У него не было даже личного слуги, который помогал бы молодому господину.
Еще одна загадка. Для человека, любившего роскошь и пышные наряды, комната казалась слишком простой, даже убогой. В чем же тут дело? В лени ее хозяина? Или тут было что-то другое?
Ответа Элизабет не находила.
Но почему бы не отблагодарить маркиза за то, что он позволил своей жене хоть иногда чувствовать себя свободной? Более того, она теперь ведает всеми делами в замке. Да, пожалуй, стоит убрать и его комнату. Можно будет также принести один из тех довольно красивых ковров, что лежат в пустующих залах, и постелить его взамен этого вконец вытертого и истлевшего половичка.
И возможно, эта комната сможет рассказать что-нибудь интересное о своем неуловимом, загадочном хозяине.
