Большой просторный зал шелестел множеством перешептываний. Анка настороженно обернулась: за десятками рядов столов сидели, тихонько переговариваясь, студенты, ожидающие прихода преподавателя. Как сказал с утра Микула, их ждал рассказ о чудовищах, которых можно встретить в округе, история замка и его обитателей. Что-то вроде вступления перед началом учебы. Она настороженно посмотрела на лист бумаги, перо и чернильницу, стоявшие перед ней. Им придется… писать? Еще немного напрягали слова бабушки о том, что помимо учебы ей предстоят отдельные уроки лично с ней. Обуздание своей демонической природы звучало очень заманчиво, но судя по тону, с которым Марна об этом рассказывала, дело будет не легким. И почему-то Анка была уверена в том, что поблажки любимой внучке не дадут. Еще она узнала, что в этом самом замке ровно через год Завулон и Марна организуют большой турнир волшебников со всего мира, по результатам которого победитель получит титул Архимага вместо улыбчивого дедули, какие-то награды, почетное место начальника замка и, разумеется, всеобщее уважение. Анка на секунду расплылась в улыбке, представляя, как поднимает над головой большой и дорогой приз (пока не решив, какой именно), и как потом ей все начинают хлопать и кланяться, но быстро прогнала эту мысль из головы: учеба важнее. Еще бабушка рассказала про какой-то деревенский фестиваль, на который несколько дней назад сбежали студенты, нарушив запрет на выход из замка в ночное время ради танцев и выпивки. Местонахождение деревни, имена беглецов и наказание Марна раскрывать отказалась. Анка надула щеки: «все равно узнаю», - подумала она. «Надо было думать, прежде чем говорить о таком внучке». Об этих двух новостях она, конечно же, сразу поведала своим новым друзьям, и Вэл, усмехнувшись, пообещал, что узнает все про эти танцы и расскажет ей, чтобы точно не пропустила их на будущий год, Генрик и Ребекка только головой покачали, а у Микулы глаза загорелись так, что в одном сообщнике она тут же уверилась. В общем, вчерашний день прошел удачно.
- Кхм-кхм-кхм. – Прервал размышление девушки невесть-когда появившийся преподаватель. – Давайте начнем с того, что вы все напишете на этом листе, - сказал он, демонстрируя желтовато-серый листок на вытянутой руке, - свои имена, чтобы нам было проще работать. Передавайте его по очереди.
Бумажка потихоньку стала переходить из рук в руки, медленно но верно приближаясь к их столу. Еще чуть-чуть и вот Генрик уже выводит что-то пером, дует на лист, и передает его. Анка взяла пергамент в руки. На всем пространстве красовались лишь несколько строк. Девушка оторопела поводила глазами, и обернулась к Генрику, но тот, закрыв лицо руками, уже тихонько посапывал, не подавая признаков жизни. Она медленно обернулась в другую сторону, и встретилась с таким же, как у себя, полным отчаяния взглядом Микулы. Писать они не умели.
Как оказалось потом, грамоте не был обучен почти никто из поступивших. Преподаватель громко посмеялся, но злиться и наказывать никого не стал, позвал Завулона, что-то обсудил, и всех отправили в другой кабинет. Следующие три недели ученики усиленно зубрили устную и письменную латынь. И видит Бог это было ужасно. Мозг Анки трещал от напряжения каждый день с утра до вечера. Спасибо судьбе, что Генрика скоро отправили учиться магическому музицированию вместо письменности, потому что его вечно безразличное выражение лица, когда он выписывал самые сложные слова и читал самые длинные предложения, закапывали самооценку девушки глубоко под землю. Еще немного позже занятия разрешили покинуть Вэлдрину: хотя он тоже не был знаком с письмом и чтением изначально, его обучаемость поражала воображение. Уже на первом занятии он, искренне улыбаясь, вывел на глиняной дощечке свое имя. Так или иначе, благодаря магии и тяжелейшему труду, к концу первого месяца обучения большая часть группы свободно владела и письмом, и чтением.
- Итак, господа и дамы, теперь, когда вы вернулись, предлагаю начать наше занятие с вопроса о том, что вы знаете о вампирах? – Темноволосый мужчина, которого Анка не видела почти месяц ничуть не изменился с их последней встречи. Казалось, будто он так и стаял здесь в центре аудитории, ожидая возвращения студентов. – В библии есть место, в котором Господь говорит своему пророку следующее: «И приведи тельца пред скинию собрания, и возложат Аарон и сыны его руки свои на голову тельца пред Господом у дверей скинии собрания, и заколи тельца пред лицом Господним при входе в скинию собрания, возьми крови тельца и возложи перстом твоим на роги жертвенника, а всю остальную кровь вылей у основания жертвенника, возьми весь тук, покрывающий внутренности, и сальник с печени, и обе почки и тук, который на них, и воскури на жертвеннике, а мясо тельца и кожу его и нечистоты его сожги на огне вне стана: это — жертва за грех». - Преподаватель немного помолчал. По аудитории прошелся шепот, и Анка опустила глаза в свою бумагу, усиленно делая вид, что записывает.
