Интересно, а где были его изысканные манеры и галантность, когда он был Петечкой? Да и черты лица, если присмотреться, отличаются… и голос чуть иной – хотя интонации очень похожи. Спросить или не спросить?..
– Прости, я без приглашения, – тоном, подразумевающим, что извинения – лишь дань этикету, а на самом деле они слишком близки, чтобы обращать внимание на такие мелочи, сказал Курт.
– Вы же знаете, я всегда рада вас видеть, – поддержала игру Ринка и кивнула на драконенка. – Позвольте представить: Петер Фаби Бастельеро, доктор Петер Курт.
Бровь доктора Курта едва заметно приподнялась, а Фаби удивленно глянул на Ринку, но никак не прокомментировал ни сокращение своего второго имени, ни совпадение, слава Барготу и его матери!
Ринка таинственно улыбнулась Курту и тоже ничего не прокомментировала. Честно говоря, ей смертельно надоело играть в неведение, но она сомневалась, что стоит прямо сейчас заявлять, что она все знает. Вдруг – не все?
– Фаби, ты можешь присесть. – Она указала на третье кресло. – Мальчик безмерно любознателен, а тут – возможность познакомиться с самим главой Академии Наук!
– Я тоже очень рад возможности познакомиться с наследником рода Бастельеро. – Курт сдержанно кивнул мальчишке. – Только сегодня утром я разговаривал со своим старым другом, наставником принца Отто. Он попросил моего совета по составлению учебной программы для мага-универсала редкой силы.
Ринка напряглась, хоть и постаралась этого не показать: Гельмут что, растрепал о наследнике Бастельеро и его даре на всю Астурию? Что-то не очень похоже…
– А я слышал, дядюшка Гельмут велел никому не говорить о моем даре, – вмешался Фаби, вполне достоверно изображая дурно воспитанного, зато непосредственного и любопытного ребенка.
– Доктор Берцель и не сказал, что речь идет о Бастельеро. Но сопоставить появление юного герра Бастельеро во дворце и в компании его высочества Отто с вопросом о маге-универсале совсем просто, не так ли, герр Петер?
Ринка не поняла, что ее кольнуло в объяснении Курта. Вроде бы все логично, но… кажется, она раньше слышала фамилию Берцель. И не в связи с наставником принца. Вспомнить бы!
– Так, герр Петер, – с ноткой неприязни ответил Фаби. Ринка не поняла, ему не приглянулся доктор Курт или не понравилось, что его назвали Петером.
– Что ж, я рад, что недоразумение разрешилось. – Курт невозмутимо кивнул. – Доктор Берцель отзывался о вас как о весьма любознательном юноше с неплохой начальной базой. Я думаю, вам понравится в Академии.
– А вы тот самый ученый, который хочет поймать дракона, чтобы его препарировать и изучить? Когда я вырасту и выучусь, я тоже буду изучать людей, – многозначительно заявил он, и у Ринки упало сердце: доктор Курт же сейчас догадается! Это «тоже» выдает дракона с головой! – Люди не менее интересны, чем драконы или рогатые жуки.
Однако Курт или пропустил оговорку мимо ушей, или слишком хорошо владел собой – никакой реакции не последовало.
– Смею заверить вас, – все так же доброжелательно ответил Курт, – что с вашими уникальными данными люди станут вам неинтересны самое позднее на втором курсе. И не позже третьего курса вы попроситесь в мою научную группу, изучать пространство и порталы. Доктор Берцель был прав, у вас огромный потенциал. Ни разу не видел мага-универсала с такой мощной аурой! Надеюсь, у вас, Рина, будут сыновья, которым и перейдет наследная магия Бастельеро. Не хотелось бы терять столь редкий, не побоюсь этого слова, уникальный дар! Могу я узнать, кто ваша мать, герр Петер? Вы явно унаследовали дар не от герра Людвига, он до вступления в наследство был менталистом, как и все Хаас.
– Мать Фаби попросила скрыть ее имя, – быстро вставила Ринка.
Фаби фыркнул:
– Просто я ей не нужен. А в своей семье она – посредственная магичка, это я могу сказать точно.
– В семье? – заинтересовался Курт. – Я не слышал, чтобы у барона де Флер была сестра, а других семей с сильным универсальным даром… впрочем… Ваша мать – уроженка Бриттии?
– Не угадали, герр Петер! – Фаби недобро сверкнул глазами. – У вас еще две попытки, а если не угадаете – я вас съем!
– Фаби! – Ринка рассердилась. – Иди к себе, почитай книгу по этикету.
– Я знаю ее наизусть! – Мальчишка не унимался. – А герр Петер…
– Фаби, замолчи, – велела Ринка, совершенно не понимая, что нашло на драконенка. Она никогда раньше не видела его таким злобным и упрямым. Неужели это – подростковый возраст?
– Я вижу, вы любите играть в загадки, юноша, и не чужды духа научных диспутов, – в голосе Курта послышалась издевка. – Вы практически готовый академик. Многие ученые мужи придерживаются такой же убедительной аргументации. Хотите послушать? Как раз сегодня вечером состоится диспут на тему этичности некоторых методов исследования. Возможно, даже на тему препарирования драконов.
– Послушать? Пфе! – Фаби вскочил с кресла и навис, то есть попытался нависнуть над доктором Куртом. – Я им скажу, я их…
– Фаби, сейчас же иди к себе! – теперь уже вскочила Ринка, развернула мальчишку за плечи и подтолкнула к двери. – Немедленно к себе!
