– Поняла, – выдавила из себя Ринка, сжимая кулаки и мечтая вцепиться ногтями в высокомерную герцогскую рожу.
– Хорошо. До встречи.
На миг Ринке показалось, что сейчас Людвиг ее поцелует… и она едва заметно отшатнулась. Хватит. Поцеловал уже.
Он же заледенел окончательно, окинул ее непроницаемым взглядом, резко развернулся – и ушел, на ходу отдавая распоряжения Рихарду:
– Сюртук, быстро!
– Ваш багаж уже в мобиле, герр Людвиг. Будут еще распоряжения?
– Присматривай за ее светлостью, Рихард, и проследи…
Шаги и голоса удалились настолько, что Ринка больше не могла разобрать слов, но ей было и не нужно. Присмотреть и проследить – она услышала. Вполне достаточно.
Сердито утерев мокрое лицо рукавом, она нашла на полу сброшенное с волос полотенце, скомкала его и строевым шагом покинула кабинет его светлости.
Что ж, она все поняла. Ей очень доходчиво показали ее место – подстилки, совмещенной с инкубатором. То самое, которое и было предусмотрено контрактом. А если она себе вообразила, что их светлость может быть нормальным человеком и проявлять какие-то человеческие чувства, то это ее проблемы.
И она сама их решит. Пока она не знает как, но решит. А для начала пойдет и наконец оденется, как подобает герцогине! Хватит с нее позора…
– Merde!
– Черт! – воскликнула она одновременно с тем, на кого наткнулась в коридоре.
– Прошу прощения, ваша светлость.
Граф Энн. Вот точно, черти принесли.
– Позвольте мне пройти, – не поднимая глаз, потребовала Ринка.
– Еще раз прошу прощения, ваша светлость, но нам с вами нужно побеседовать.
– Не сейчас, граф, – сжав в руках проклятое полотенце, Ринка зло посмотрела в наглые арийские глаза. – Я не одета для светских бесед.
– Разумеется. Я жду вас через четверть часа в Малой гостиной. И прошу, не злитесь. Королевский приказ – не то, что я или Людвиг имеем право игнорировать.
Наверное, Энн был прав. Наверное, ей стоило улыбнуться и сделать вид, что он не вломился в кабинет, где чертов некромант имел ее прямо на столе. Наверное, аристократки поступают именно так и даже не краснеют. Но вот беда, Ринкато аристократкой не была.
– Идите к черту, граф, – злобно и звонко сказала она, все так же глядя ему в глаза. – Я не желаю вас видеть.
– Сожалею, ваша светлость, но поговорить нам все же придется. Сегодня, – в холодных арийских зенках не промелькнуло ни капли раскаяния.
Да что там раскаяния! Вся его чертова белобрысая морда выражала только одно: обвинение! Как будто это она виновата, что Людвиг куда-то там чуть не опоздал. И в том, что его чуть не пристрелили, – тоже! Это она шастает по любовницам и подставляется рогоносцам под пули, да? Ну конечно же, кто же еще-то, уж точно не Людвиг! И не Людвиг потащил ее в кабинет трахаться, а она его изнасиловала, беспомощного бедняжку!
– Уйдите с дороги.
Покачав головой, Энн посторонился, и Ринка сбежала. Гордо расправив плечи, печатая шаг и обещая себе сделать что угодно, но не позволять всяким аристократишкам вытирать о себя ноги.
Никогда!
Однажды она сдалась, но больше это не повторится.
Никогда!
– Слава Единому, вы успели! Быстрее, это может случиться с минуты на минуту.
Выйдя из портала, Людвиг коротко кивнул Черному Карлику и последовал за ним каким-то узким коридором, явно предназначенным для слуг. Идущий впереди кавалер Д’Амарьяк явно давно не спал, да и с магическим резервом у него все было крайне плохо. Неудивительно, если он последние несколько дней держал оборону возле умирающего Франциска V, не подпуская к нему ни придворных, ни «любящей» родни.
– Его величество в курсе ваших планов? – тихо спросил Людвиг у горбатой спины, едва видимой в полумраке.
– Его величество вот уже неделю никого не узнает, считает себя новым воплощением Единого и проповедует чаше с бульоном, – в голосе Карлика слышалось искреннее сожаление.
Похоже, слухи не врут. Император – единственный человек в мире, судьба которого Черному Карлику не безразлична.
– Он не будет мешать?
– Он не способен даже ложку сам поднять. Делайте, что должно, монсеньор Бастельеро, и не беспокойтесь – сюда никто не войдет.
Вздохнув, Черный Карлик толкнул низкую дверцу, выглянул и велел кому-то убираться. В покоях императора что-то звякнуло, затопотало, и хлопнула другая дверь.
– Можно приступать. – Кавалер Д’Амарьяк зашел сам и придержал дверцу для гостя. Как Людвиг и предполагал, тайный ход изнутри маскировался картиной: его величество на охоте, молодой и прекрасный, как античный бог.
Усохший старик, лежащий на огромной постели, с молодым античным богом не имел ничего общего, да и на живого человека уже не походил. Что ж, пора было поспешить: снять слепок ауры, чтобы анимированный труп хоть как-то походил на живого императора.
– Вам нужен яркий свет? Помощники? Жертвы?
– Нет. – Людвиг даже не усмехнулся, ему было не до того. Душа императора почти отлетела, и требовалось действовать быстро. – Я работаю один. Если что-то понадобится, я скажу.
