Прямо над крышами Виен реял дракон. И больше всего он походил на вражеского разведчика. Какого демона ему надо? Что-то последние дни драконов стало как ворон! Позавчера у академиков экспериментальную делянку сожгли, до этого – любимый дуб бургомистра, ему – дубу, а не бургомистру – уже лет пятьсот было…
Размышляя о зависимости между драконами и появлением иномирянки, Герман добрался до места. Его встретил Рихард. По привычке попытавшись прочитать его эмоции, Герман поморщился. Гулкая, черная, полная звезд и обрывков оркестровой музыки пустота. Даже умертвие у Бастельеро – и то какое-то не такое.
– Ее светлость Бастельеро дома? – первым делом спросил он, откровенно надеясь, что она уже вернулась с полной корзинкой побрякушек и счетом из ювелирной лавки, от которого у Людвига глаз будет дергаться.
– Нет, герр генерал.
– Когда она ушла и куда?
– Сразу после завтрака. Отправила камеристку за молоком для кошки, а сама покинула дом через окно будуара.
– Окно второго этажа?
– По всей вероятности, ее светлость прекрасно лазает по деревьям. У самого окна растет вишня. Она выросла там много лет назад, когда его светлость Амадеус Бастельеро плевал косточки прямо в окно…
Рихтер явно собирался предаться ненужным воспоминаниям, что совершенно не устраивало Германа.
– Проводи меня в комнаты фрау.
Эти комнаты Герман помнил очень хорошо. Именно тут жила Эльза, и после того, как она разбилась на мобиле, Герман собственноручно перерыл здесь все в поисках дневников, писем и прочей компрометирующей дряни. Что характерно, нашел. Прекрасная, как рассвет, дура хранила любовные записочки Гельмута в специальной шкатулочке и явно часто перечитывала. Возможно, прикидывая, кому и за сколько их можно продать.
Гельмуту он после этого случая устроил головомойку. Король, давно уже не мальчик в коротких штанишках, а все туда же – как романтика в попе заиграла, так мозг и отключился. Это ж надо! Записочки любовнице писать!
Боже Единый, с кем приходится работать!..
Обстановку для новой герцогини не сменили, только убрали вездесущие фиалки, без которых Эльза жизни себе не мыслила. Вместо них были розы на столике, и никаких следов нынешней герцогини. Идеальный безликий порядок, как будто она тут и не жила.
Зато в будуаре кое-что изменилось. Вместо баночек, скляночек и прочих горшочков на туалетном столике фрау красовался микроскоп. Новейший, в точности как тот, что начальник исследовательского отдела в прошлом месяце выписал из Бриттии. Альвовского производства. Стоил этот микроскоп столько, что любой счет от ювелира рядом с ним мерк. Но самое интересное было – как фрау Рине удалось его добыть в Виен? В лавке на Айзенштрассе ничего подобного отродясь не продавалось! Даже Оранжерее, чтобы заказать это чудо техники, пришлось месяц уламывать упертых альвов, которые ни в какую не желали отдавать данное чудо в руки «тупым недоразвитым людям».
Так. Надо будет наведаться в лавку и прижать остроухого торговца. Возможно, в цепочке драконы – иномирянка появится новое звено под названием «альвы».
Кроме микроскопа взгляд Германа зацепился за газету, брошенную на столик. Судя по запаху, фрау пила шамьет. А судя по статье с фотографией Людвига – аппетит ей испортили. Демонами дранный де Флер! Его мелкая месть Людвигу удалась и, как всегда, ударила не только по Людвигу.
Выглянув в окно, Герман увидел ту самую старую вишню. Пожалуй, по ней действительно легко спуститься в сад, если ты в хорошей физической форме. Очень, очень необычная дама фрау Рина!
– Твою!.. – вскрикнул Герман, когда его ногу полоснуло болью.
– Шш! – раздалось с пола.
Странное животное, только что разодравшее Герману брюки вместе с кожей, шипело, выгнув спину и подняв дыбом шерсть.
– Ах ты, дрянь! – Герман еле сдержался, чтобы не проклясть скверное животное. Его удержало лишь то, что животное все равно ничего не поймет, а фрау Рина обидится, чего допускать никак нельзя. С ней и так крайне непросто.
Кстати, что это у животного по имени Собака на ошейнике?.. Следилка?!
Он протянул руку к Собаке, но та снова зашипела, подпрыгнула на месте сразу на четырех лапах и сиганула в открытое окно.
Герман восхищенно выругался. Фрау Рина в самом деле очень отличается от астурийских дам! Лазает по деревьям, покупает микроскопы, надевает следящий браслет на домашнее животное. И как только сообразила, что следящие чары можно обмануть таким вот нехитрым образом?
Значит, фрау получила следилку (из закромов Оранжереи), надела ее на кошку и сбежала через окно, не взяв с собой ничего.
Должна скоро вернуться. Она не из тех, кто может пуститься в бега без подготовки.
А Людвиг не из тех, кто спокойно относится к бегству жены.
Перед глазами мелькнуло видение: он с такой же прямой спиной, как Рихард, стоит посреди сада и размахивает длинным гибким шестом с ленточками на конце, отгоняя воробьев от спелой вишни. Чтобы избавиться от наваждения, пришлось сильно моргнуть несколько раз.
– Рихард, камеристку ее светлости ко мне.
