– Стоит в шкафу. Я еще не решила, где мне его установить, – безразлично пожала плечами Ринка, лихорадочно соображая, как бы ей связаться с Рихардом, чтобы принес из лаборатории злосчастный микроскоп. – Лучше расскажите об обществе, которое соберется у ваших друзей. Мне стоит кого-то опасаться? Или, быть может, с кем-то стоит познакомиться поближе? И расскажите еще о фрау Эмилии…
Улыбаясь, Ринка думала – все же правильно. Нельзя терять бдительности. Стоило ей чуть расслабиться, и вот, пожалуйста. Ее уже пытаются подловить.
Гад чешуйчатый.
Нельзя в него влюбляться.
Врет, подумал Людвиг, сразу же вспомнив все свои подозрения. Альвы продали Рине почти секретную разработку, за которую Герман торговался битый месяц! При этом ушастый торговец не сказал ни слова о причине такой доброты, лишь улыбался и ссылался на дипломатическую неприкосновенность альвов, так что из Оранжереи его пришлось отпустить, да еще с извинениями.
И это ее сегодняшнее исчезновение! Людвиг мог бы поклясться, что она была где угодно, только не в саду! В то же время территории виллы она не покидала.
А ее внезапная дружба с доктором Куртом, одним из самых высокомерных и опасных мерзавцев во всей Астурии? Доктор, видите ли, пригласил ее учиться! Лишь бы только не пронюхал, что Рина из другого мира. Тогда стоит Рине попасть на территорию Академии, по сути своей – территорию суверенного государства, и она останется там навечно, в лучшем случае помощницей этого самого доктора, в худшем и наиболее вероятном – подопытной мышкой.
Нет. Людвиг ни за что этого не допустит! Потерять по собственной глупости третью жену? Ладно, первую из жен, которую он выбрал сам и которая ему нравится… Да. Стоит признаться честно: еще как нравится! А сегодняшнее утро было… было…
Вот только ей опять что-то не так. Что?! Баргот поймет этих женщин! Даже Герман после двадцати лет счастливого брака – и тот предпочитает обращаться с супругой как с особо опасной взрывчатой субстанцией. Просто на всякий случай.
– Фрау Эмилия прекрасная супруга и эталон аристократки. – Он даже не покривил душой, только не сказал, насколько этот эталон кажется ему скучным. Хотя и удобным. Герману никогда не приходится искать супругу по всему городу, не зная, то ли она завербовалась к альвам, то ли ловит мифического водяного дракона в пруду Академии Наук. – Никогда не доставляет своему супругу проблем.
– Ах, – светски-непринужденно пожала укутанными в мех хрупкими плечами Рина. – Я непременно возьму у графини Энн несколько уроков. Ведь я должна быть достойной спутницей самому герцогу. И несколько уроков геральдики. Возможно, графиня будет столь любезна и объяснит мне некоторые тонкости астурийского этикета.
Людвиг невольно поморщился, представив живую и непосредственную Рину в образе ледяной светской стервы или, хуже того, светской же кокетки.
– Вы так прелестно ядовиты, моя радость, – вздохнул он, сам толком не понимая, восхищается ее сарказмом или побаивается своего уникального чудовища… то есть сокровища.
– Слышали ли вы когда-нибудь об италийской забастовке? Пожалуй, вам непременно стоит узнать, что это такое. Уверена, вы найдете этой информации достойное применение.
Людвиг невольно залюбовался очаровательной улыбкой, резко контрастирующей с ледяными глазами герцогини. И эта женщина заявляла ему, что она простолюдинка? Не смешно. Ни разу. Ее манеры, самообладание и образование дадут фору многим королевам… ну ладно, с манерами не все так однозначно. Она явно не привыкла быть светской дамой постоянно, и ее искренность торчит из манер, как гвоздь из паркета. Но именно в этом – вся прелесть!
Шум крыльев над головой отвлек их обоих от столь увлекательной беседы. Они одновременно подняли взгляд, и Рина вздрогнула, схватила Людвига за руку, не отрывая глаз от летучей ящерицы:
– Людвиг! Это настоящий дракон? Остановите мобиль, прошу вас! Герр Мюллер!
– Не вздумай! Поезжай под деревья, – велел Людвиг, разглядывая гада. Красный. Судя по перьям на хвосте, самец. Размах крыльев метров двадцать, значит, старый и матерый. Если плюнет огнем, никакой защитный купол не поможет. Драконье пламя – редкостная дрянь, ни потушить его, ни защититься.
Рина, придерживая шляпку, во все глаза смотрела на дракона. С детским непосредственным восторгом. Вот такая, восторженная, любопытная, живая, она как никогда была похожа на девушку из подворотни, смело отбивавшуюся от бродяг. Чувствуя ее холодные пальчики в ладони, Людвиг готов был простить дракону его появление.
– Он прекрасен!
Длинное гибкое тело, рогатая голова, мощные кожистые крылья и длинный хвост, украшенный ало-золотыми перьями. Красиво, да. Парит, изредка шевеля крыльями, и высматривает, высматривает. Ну уж нет, драконам он Рину тоже не отдаст. Может быть, обычная магия против драконов и бессильна, но не проклятие рода Бастельеро. Интересно, удастся ли сохранить драконий скелет или он весь рассыплется прахом, как незадачливая франкская оппозиция?
