Все было хорошо. Но когда за полночь друзья разошлись, я снова остался один. Один на один с собой. И одиночество теперь чувствовалось особенно остро. Прощаясь, я сунул Винни-Пуху бумажку с текстом письма Лизе. Я просил ее встретиться. Я хотел поговорить с ней, может быть, что-то для себя выяснить. О шприце, о том, что Лиза якобы Убийца, я и не думал. После вечера с друзьями разговор с Навигатором казался дурацким сном, о смысле которого даже не стоит размышлять. Встречей с Лизой я не собирался выяснять правоту Навигатора. Я просто хотел окончательно Убедиться в том, что он мне врет. Зачем ему такое вранье, я тоже не пытался понять.
Утро началось для меня поздно и странно. Едва я продрал глаза, как тут же зажмурился. Солнечный свет, бивший в окно, ослепил меня. Зажмурившись, я лежал с минуту, наблюдая красные точки на черном фоне своих глазниц, потом попытался повторить пробуждение. И во второй раз солнце резануло по глазам. Казалось бы, что в этом странного? Глаза, отвыкнув за ночь от света, болезненно на него реагируют, Да все бы ничего. Только в то утро мне пришлось на ощупь добираться до окна, чтобы задернуть шторы.
Не без тревоги отметив эту странную особенность, но не догадываясь, в чем ее причина, я перебрался в ванную. «Особенности» продолжались. На этот раз я толком не понял, что не так. Но что-то было не так, это точно. Что-то было «не так» у меня во рту. Всем знаком этот феномен «привычного ощущения», когда совершаешь какие-то действия автоматически и, кажется, вовсе не обращаешь внимания на детали, их сопровождающие. А потом вдруг одно самое, казалось бы, незначительное изменение в этом процессе полностью лишает его автоматизма. Так, например, выпадает у тебя зуб, и утренняя «зубочистка» вдруг преисполняется смысла. Но дело-то в том, что никакого зуба у меня не выпадало, а во рту тем не менее чувствовалось что-то непривычное.
Правда, выпив чашку кофе и поразмышляв об этих странностях, я решил, что все это – «психическое». От нервного напряжения или еще там от чего. Съел что-нибудь не то, например. Это меня успокоило – мне вообще частенько со сна мир видится в каком-то странном свете. И, успокоившись, я вспомнил о записке, которую передал вчера Андрею.
Почти весь день я ждал ответа от Лизы. Винни-Пух позвонил часов в пять дня. Он продиктовал мне по телефону текст письма Лизы:
– «Здравствуй, Денис. Молодец, что написал. Честно говоря, я думала, что после всего того, что произошло во время нашей последней встречи, ты больше не захочешь меня видеть. (В этом месте Андрей многозначительно прокашлял, но я не обратил на это внимания.) Если ты хочешь со мной встретиться, то это можно сделать завтра. Я еду на день рождения моей подруги и могла бы взять тебя. Можешь не смущаться тем, что вы незнакомы. Это совсем не важно. Там будет небольшая компания. Если ты согласен, то ответь до завтра. Тогда я буду ждать тебя завтра в три часа в центре зала на „Комсомольской“-радиальной. Лиза».
Андрей закончил читать. А я задумался. Елки-палки! Ну вот же нормальное письмо, написанное нормальным человеком. Она рада, что я написал ей, и приглашает меня на день рождения своей подруги. И никакой мистики-хренистики…
– Интересно, что же между вами произошло? – задумчиво спросил Винни-Пух. И все испортил. То, что случилось в гостинице, случилось со мной, и от этого руками не отмашешься, как от туманных реплик Навигатора.
– Да так, ничего особенного, – пробормотал я и, чтобы окончательно усыпить бдительность друга, добавил: – Ну, что может произойти ночью между мужчиной и женщиной в. гостиничном номере?
– Понятно. Она тебя изнасиловала.
Я хмыкнул:
– Почти. Ладно, ответь, что я согласен.
На следующее утро с глазами произошло то же самое. Во рту, правда, вроде бы все было в порядке. Но глаза меня испугали. Я стал думать, от чего могло ухудшиться зрение. На сварку я не смотрел, светового шока не испытывал. От. чего там оно еще может ухудшиться… От выпитого пол-литра этилового спирта? Не пил вроде. От сифилиса? А от кого я мог подцепить сифилис и почему так бы…
Стоп! Вдруг до меня дошла мысль, напугавшая меня чуть не до полусмерти. Лиза!.. И дело тут было не в сифилисе. Как же я, дурак безмозглый, слушал россказни про вирусы, про болезни, и мне даже и на секунду в голову не пришло, что я сам очень даже просто мог заразиться тогда этим вирусом от Лизы!..
Вот тут-то меня и прижало. Я бросился в ванную, высунул язык и принялся разглядывать в зеркало его, а заодно и зрачки, и щупать лоб и что-то там еще. Но когда шок прошел, я сел и спокойно, как мог, поразмыслил над этим.
Во-первых, делать выводы рано. Во-вторых, это могло быть простым совпадением, и неполадки со зрением в самом деле могли быть от нервов. В-третьих, даже если я и заразился, боржом пить уже поздно. А вот что с этим делать дальше?
