– Ну, патогенез приблизительно такой: после того как вирус бешенства попадает в ткани организма, обычно через рану, нанесенную укусившим животным, он в первую очередь размножается в локально расположенных мышечных клетках. В течение различного по продолжительности периода времени вирус проникает в периферическую нервную систему. Он медленно перемещается по нервным путям в спинной мозг. В спинном мозге агент быстро распространяется и достигает продолговатого и головного мозга. После размножения в клетках головного мозга вирус начинает продвигаться по эфферентным нервным путям центрального и периферического отделов нервной системы, а также и по вегетативным нервам. Таким образом, в конечном итоге происходит инфицирование агентом всех органов и тканей организма, включая слюнные железы. С инфицированной слюной вирус бешенства может попадать в организм другого хозяина. Вирус может находиться в центральной нервной системе задолго до появления клинических признаков болезни.
Я похолодел. Значит, со слюной… О господи, значит, я заразился!
– Скажите, а что, собственно, за признаки?
– Главные, или, так сказать, наиболее выраженные симптомы, это возбуждение и паралич. Но в зависимости от вида животного симптоматика может быть довольно разной. У собак, например, выделяют три фазы развития. Продромаль-ную стадию, которая длится два-четыре дня, но нередко проходит вообще незаметно. На этой стадии бешенства происходят изменения в поведении собак. Потом идет стадия возбуждения, длящаяся до семи дней. На этой стадии болезнь может быть диагностирована наиболее легко. Животное становится беспокойным и нервозным, у него повышается агрессивность. Ha этой стадии животные чрезвычайно опасны из-за того, что кусают всех без разбору. В конце стадии возбуждения появляются конвульсии и нарушение координации работы различных мышц. Если собака не погибает во время очередного приступа конвульсий, болезнь переходит на свою завершающую стадию. Паралитическую стадию, на которой нарушение координации работы мышц переходит в паралич, и неизбежно наступает коматозное состояние, завершающееся летальным исходом.
Я сглотнул.
– А у людей?.. – пробормотал я.
– Ну, у людей все происходит немного иначе. Но конец тот же. Если не начать вовремя лечение, разумеется, А что, вы разве заболели бешенством?
– Возможно… Очень возможно.
На лице Яворского проступило профессиональное беспокойство.
– Ну-ка, любезный, – совсем как доктор попросил он, – вытяните руки перед собой… – Он внимательно посмотрел на кончики моих пальцев. – И на каком вы, простите, дне?
Я напряг память:
– Да уж больше недели…
– У-у!.. Расслабьтесь, голубчик! – Яворский широко улыбнулся. – Через неделю вы бы падали через шаг и бросались на все, что движется.
Я глубоко вздохнул. Ну и славненько. С этим разобрались. Так, о чем это я…
– А правда, что человек, больной бешенством, очень похож на сказочного вампира?
Я ожидал негативной реакции, раздражения. Но Яворский отреагировал на удивление спокойно. Казалось, именно такого вопроса он и ожидал.
– Ну, смотря какие сказки брать. Если вы имеете в виду венгерские легенды о вампирах, то, возможно, вы правы. Сравнительно недавно в американском журнале «Неврология» вышла статья испанского доктора Хуана Гомеса-Алонсо. Она целиком посвящена этой теме. Лично я публиковал работы на эту тему и раньше, но не в области неврологии, а в области вирусологии. Гомес-Алонсо опровергает существовавшую ранее теорию, объяснявшую слухи о ночных существах, пьющих кровь, просто шизофренией.
Дальше произошла поразительная вещь: Яворский почти точь-в-точь повторил слова Навигатора. Наверное, ничего поразительного на самом деле в этом и не было, но для меня внезапно эти двое людей как бы встали на одну ступеньку в моей истории.
– Большинство вампиров – мужчины, а бешенство среди мужчин встречается в семь раз чаще, чем среди женщин. К тому же вампиры, по легендам, имеют ненормальную тягу к противоположному полу, а бешеные из-за поражения болезнью мозговых центров, контролирующих эмоции и поведение, имеют повышенную сексуальную активность.
Я вспомнил Лизу. Да, с сексуальной активностью у нее был действительно перебор.
– Знаете, даже такую необыкновенную способность, как превращение вампира в летучую мышь, можно объяснить.
Я вздрогнул и подозрительно посмотрел на Яворского. Трт заметил мой взгляд и успокаивающе произнес:
