Он пригласил меня на кафедру: просторный светлый кабинет с двумя письменными столами и одним журнальным, с креслами, телевизором и кофеваркой. Кафедра больше напоминала комнату отдыха. Впрочем, так оно, похоже, и было: в креслах сидели двое мужчин, курили и вяло спорили о чем-то.
— Присаживайтесь, Денис, — предложил мне Яворский. — Кофе хотите?
Я кивнул. Торопиться мне было некуда.
Мужчины были, видимо, преподавателями, потому что встали и ушли, одновременно посмотрев на часы — начиналась лекция. Мы остались вдвоем.
Я невольно залюбовался Яворским. Это, наверное, звучит и выглядит странно, но именно это я и чувствовал. Он двигался и держался как голливудский актер, причем старой закалки. Но все его движения оставались при этом непринужденными, легкими и красивыми. Он элегантно расстегнул отлично сидящий болотный пиджак, поправил черную жилетку, украшенную бордовым галстуком, и улыбнулся мне:
— Вы пьете с сахаром?
Я кивнул.
— К сожалению, не могу предложить вам ничего лучше этой автоматизированной жидкости, но, надеюсь, вы не будете слишком разочарованы?
— Нет-нет… — пробормотал я, смущенный этой витиеватостью.
Яворский опустился в кресло, сел вполоборота и закинул ногу на ногу, блистая зеркальными туфлями,
— Итак, у нас с вами есть час двадцать минут, и я готов вас выслушать. Мне сказали, что вы интересуетесь вирусными заболеваниями, а именно — бешенством. Могу вас обрадовать, это моя специальность. Я занимаюсь этим уже около двадцати лет, так что постараюсь ответить на любой ваш вопрос.
— Понимаете, Борис Васильевич… — Я отхлебнул кофе. — У меня не совсем научный склад мышления, и, возможно, мои вопросы покажутся вам странными, нелепыми и даже глупыми. Но поверьте, они имеют свое основание.
— Прошу вас, начинайте. , — Но вы не могли бы сначала рассказать мне об этой болезни. Я думаю, это поможет мне правильно сформулировать вопросы. Ведь я не медик и к медицине не имею никакого отношения.
— Хорошо.
Голос Яворского будто бы немного сместился в диапазоне и приобрел «лекторскую» интонацию.
— Бешенство всегда поражало главным образом плотоядных. До восемнадцатого века бешенство поражало в основном диких животных, а роль домашних животных в его поддержании и распространении была, по-видимому, незначительной. Первая описанная эпизоотия бешенства среди домашних собак в городах произошла в Италии в тысяча семьсот восьмом году. К тысяча семьсот двадцать восьмому году вспышки заболевания произошли в большинстве городов Венгрии, Германии и Франции. В Англии бешенство было известно уже в начале семнадцатого века, но эпизоотический характер оно приобрело только в семьсот тридцать четвертом году. Нет данных, указывающих на наличие этой болезни на Американском континенте до начала его колонизации: первые случаи были зарегистрированы в штате Вирджиния в семьсот пятьдесят третьем. К семьсот восемьдесят пятому году бешенство распространилось по всей Новой Англии. В Южной Америке болезнь не была известна до начала девятнадцатого века, когда он а появилась среди собак в Перу. Обнаружение бешенства среди летучих мышей-вампиров, таких как Десмодус ро-тундус и Диофилла экаудата, открыло новую страницу в изучении болезни, так как течение инфекции у этих животных говорило о возможности бессимптомного носительства вируса бешенства. Первым, кому удалось выделить возбудителя болезни, был Луи Пастер. Поскольку возбудитель нельзя было увидеть в обычный световой микроскоп и он не культивировался на бактериальных средах, но проявлял все свойства инфекционных агентов, его назвали вирусом, то есть попросту ядом, что послужило истоком развития нового раздела инфекционной микробиологии — вирусологии. Путем адаптации выделенных полевых изолятов вируса бешенства, названных вирусом уличного бешенства, к кроликам, птицам и другим лабораторным животным удалось снизить патогенность агента для естественных хозяев: полученный аттенуированный вариант возбудителя получил название фиксированного вируса бешенства, или просто вируса-фикс. Получение вируса-фикс сделало возможным создание антирабических вакцин, технология изготовления которых, надо признать, и по сей день далека от совершенства… Я вас не утомил? Я ведь так часами могу.
— Нет. — Я замотал головой. — Часами не надо. Вообще-то я не совсем это имел в виду. Меня интересует, как происходит заражение и какие у бешенства симптомы.
