Больше ничего из Интернета я выжать не смогла. Я стала напряженно думать, где можно было бы найти более полную информацию. Конечно, там, куда вся информация о промышленных предприятиях стекается – в Налоговой Инспекции. Там у меня был хороший знакомый, Толик Кривенко, мы с ним учились в одной группе, в университете. Недавно я с ним столкнулась на одной международной конференции, мы обменялись визитками. Насколько я помню, он в Налоговой Инспекции теперь чуть ли не первое лицо. Что ж попробую завтра с ним связаться и попрошу его помочь найти мне нужную информацию.
Я так разогнала свое воображение, так заставила работать свой мозг, что мысли кипели в моей бедной голове до утра, я так и не смогла заснуть. Идеи и предположения одно диковинней другого измучили меня. Буквально, уже, после того как рассвело, я заснула не более чем на час.
Как ни странно, я встала почти бодрой и после чашки кофе была готова действовать. То, что у меня впереди было два свободных дня, было очень кстати. С Толиком Кривенко его секретарша долго меня не хотела соединять. После того как я в третий раз назвала свою фамилию и имя, я услышала в телефонной трубке вибрирующий, энергичный голос своего однокашника. Он почему-то сильно обрадовался моему звонку. Я сказала, что звоню по делу, он хмыкнул,
–Да это и козе понятно, станет ли Снежная королева звонить по пустякам.
– Какая еще Снежная королева, – с досадой подумала я.
– Толик мне нужно несколько минут твоего драгоценного времени, сможешь со мной встретиться, когда тебе удобно?
– Лерочка, для тебя я в любое время могу, хоть сию минуту.
– Хорошо, жду тебя часиков в одиннадцать в кофейне «Имбирь», та, что недалеко от Вашего головного офиса, сможешь?
– Для тебя, всенепременно.
Я наблюдала как бодро, подпрыгивая, он вбегал в кофейню и, увидев меня, помахал рукой. Толик почти не изменился, только немного располнел, что вполне соответствовало его теперешнему статусу. Сколько я его помню, он был неунывающим балагуром и шутником, но это была лишь внешняя оболочка. Он был очень умным и очень ранимым человеком, я это точно знала. То, что он умен, доказывало и то, что из всей нашей группы он в молодом возрасте, при существующей огромной конкуренции, не имея влиятельных родственников, занял такой высокий пост.
Мне когда-то казалось, что он ко мне был не равнодушен, но я по своей традиции, тогда не приняла, то хорошее, что дарила мне судьба, а искала счастья в пустоте.
Толик, усевшись, несколько минут меня рассматривал,– Все так же хороша, и ничуть не изменилась. Есть ли счастливчик, которому все это досталась?– он указал на меня пальцем
– Нет, Толик, где-то плутает бедолага, мы никак не встретимся.
– А что еще ожидать от Снежной королевы?
– Ты это про меня?
– Да, а ты не знала, что у тебя была такая кличка? Пол курса за тобой увивалось, а ты была как замороженная, никому не обломилось.
Я с удивлением смотрела на него, то, что он говорил, было для меня неожиданностью. Я помню, как я комплектовала, как чувствовала себя никому не нужной и неинтересной.
– Что ты так, смотришь, что не знала об этом? Я чуть из-за тебя университет не бросил, так страдал от неразделенной любви, а ты не замечала меня в упор.
– Честно, то, что ты говоришь, для меня откровение, правда, очень запоздалое.
– Да, ты права. А если бы я сейчас приударил за тобой, что бы ты сказала?
Я указала на тоненькое обручальное кольцо на его руке.
– Ах, это.… Ну да, конечно. Ну ладно, давай к делу.
– Толик, меня очень интересует ЗАО «Фрегат». Уставной капитал, ежегодный оборот, прибыль, и что там реально происходит в настоящее время, возможно, это узнать?
Как только я это сказала, то заметила, как изменилось лицо Толика. Как будто опустили другую декорацию. Глаза сузились, губы стали тверже. Вот таким, наверное, видят его подчиненные.
– Чем вызван твой интерес, насколько я знаю, ты работаешь в банке, зачем тебе все это?
– Это не служебный интерес, а личный, я могу тебе рассказать, но только если ты обещаешь мне помочь.
Толик несколько минут помолчал, разглядывая меня, как будто что-то хотел прочесть на моем лице.
– Я одно могу сказать, не лезь туда, голубушка. Это чревато.
– Ну, хотя бы намекни, в чем дело.
– Я случайно, не по роду своей деятельности, а от хорошего знакомого немного знаю об этом несчастном ЗАО. Одним словом – рейдерский захват. Причем беспредельный и наглый.
– И что все об этом знают и никто не вмешивается, ни полиция, ни прокуратура.
Он с сожалением и снисходительной усмешкой посмотрел на меня. – Там такие люди замешаны, что никому даже в голову не придет соваться.
