– Ольга была такой же сукой, как и все вы, бабы. Ведь она от меня все утаила, про бабки эти ни словом не обмолвилась. Значит, я для нее был пустым местом, а не близким человеком, как она мне это говорила. Когда я все узнал, в душе перечеркнул все, что у нас было, потому, что все оказалось притворством и фикцией. Так, что не дави на мои чувства, а давай выкладывай то, что нам нужно. Иначе тебя эта машина переедет, все косточки переломает.
– Какая машина?
– Не в прямом смысле. Машина перераспределения денег. Разве это тебе не понятно? Ты же вроде не дура, имеешь образование и работаешь в сфере финансов. Так для твоего же блага, смирись и верни, то, что не тебе принадлежит.
– И после этого вы от меня и от моего друга отстанете?
– Да, зачем вы нам нужны?
– Хорошо, откуда вы узнали, где я нахожусь, и что с Вадимом?
– Да проще простого, мы ведь понимали, что с ребенком на руках ты далеко уйти не могла. Прошерстили окрестности, а у полиции много добровольных помощников.
Он кивнул в сторону мужика, который нас сюда привез.
– Хороши у вас помощники, на ваших мероприятиях еще и наживаются.
– Что ты имеешь в виду?
– А то, что этот мужичок с меня сейчас еще и пять тысяч содрал.
Усмешка на лице Андрея стала зловещей. Он подошел к испуганному мужику и что-то сказал ему на ухо. Тот растерянно стал шарить по карманам и вытащил пятитысячную бумажку, полученную от меня.
– Скажи спасибо, что отделался легким испугом за мародерство. Пошел отсюда, чтобы я твоей рожи поганой не видел.
Мужик стартанул на высокой скорости и скоро его машина исчезал за поворотом.
– А что с Вадимом, где он?
– Не волнуйся, отдашь, то, что нам нужно, он будет здесь через полчаса.
– А скажи, Андрей тебя даже не волнует, что будет с ребенком твоей невесты, который остался без родителей и бабка находится при смерти? Ты ведь забираешь у него деньги, на которые он мог бы благополучно расти, получить образование и прочее?
– Это жизнь, и в ней есть естественный отбор. Не повезло пацану, конечно. Но может благодаря тому, что у него не будет шальных денег, он вырастет сильным и более приспособленным к жизни в этой стране.
Говоря все это, он даже не взглянул на притихшего и испуганного ребенка.
Я понимала, что деваться мне некуда, надо отдавать компьютер, но что мне сказать малышу?
– Антошенька, надо отдать компьютер, который тебе подарила мама.
– Нет, мама не разрешала его отдавать.
– Антошенька, дядя его просто посмотрит, а потом нам вернет.
– Да, мы тебе его вернем. – Андрей в первый раз за все время посмотрел на ребенка и обратился к нему.
Антоша достал из своего рюкзачка компьютер и протянул его Андрею.
– Вот и молодец.
Андрей резко отошел от нас и сел в свою машину.
– Стойте здесь, сейчас подъедет ваш друг,– сказал он отъезжая.
Мы стояли на обочине, мимо проносились машины. Я чувствовала необыкновенное спокойствие и облегчение. Слава богу, конец истории, можно будет спокойно жить и никого не бояться.
Через несколько минут подъехал Вадим. Он выскочил из машины с каким-то перекошенным лицом, кинулся к нам и крепко обнял меня с Антошкой.
– Слава богу, вы живы и невредимы!
Антошка обхватил шею Вадима изо всех сил.– Дядя Вадим, я так за тобой соскучился!
Вадим растроганно смотрел на мальчика. Тут я увидела под его глазом огромный синяк.
– Тебя, что били? – испуганно спросила я.
– Попробовали бы они, так, небольшое приключение на дороге.
Я решила пока оставить эту тему. Мы сидели в машине еще какое-то время, отходя от пережитого стресса. Я ощущала сейчас усталость и апатию, ни хотелось больше, ни о чем ни думать ни говорить.
– Что ты собираешься делать с ребенком?– прервал молчание Вадим. Мне его вопрос показался странным.
– Я с ним ничего особенного не собираюсь делать, кормить, гулять, читать книжки и укладывать спать.
– Конечно, пока его бабушка в больнице. Но ты же, понимаешь, что ребенку уже не приходится рассчитывать на свою бабушку. Ей самой теперь нужен уход и внимание.
– Мне не хочется пока это обсуждать, пока она жива, все будет идти своим чередом. Когда обстоятельства изменятся, тогда и буду решать. Но я знаю одно, сейчас у этого ребенка нет никого на свете, кто мог бы ему помочь, кроме меня.
– И меня,– добавил Вадим.
Мы еще немного помолчали.
– Я думаю, что Полину Ивановну лучше всего перевести в Московскую больницу. Так нам будет проще все держать под контролем, да и проведывать ее можно будет каждый день. Если ты не против, я этим займусь, все-таки у меня в медицине много влиятельных знакомых.
– Если ты сможешь посодействовать, буду очень тебе благодарна.
– Что-то ты меня как-то официально благодаришь.
– Зато искренне.
***
Мы тронулись в обратный путь. Антошка сидел на заднем сидении, обнимая своего зайца, и казался очень несчастным. Мне показалось, что ребенок чувствует, что в его судьбе происходят кардинальные изменения. Я иногда поглядывала на него, и мне становилось его очень жаль, я вспоминала свое детство. Я тоже часто себя чувствовала потерянной и никому не нужной.
