– Хотел уточнить, господин Огеслегур, теперь, когда все разъяснилось, что никакой государственной измены не было и в помине, что семья Адельхейд не претендует на возвращение конфискованных при обыске в их доме драгоценностей. Более того, я готов лично компенсировать причиненные короне неудобства, если Вы посчитаете это уместным.
– Конечно уместно, конечно! – Министр цвел и пах в предвкушении крупной взятки.
– Но вначале я хотел бы показать Вам один артефакт, который мне достался в захваченной чертями крепости, когда я возвращал активы коменданта из его сейфа. Я вытащил его из плеча, когда убил двух чертей и с десяток зомби, но все же смог уйти живым.
Я достал и показал Огеслегуру доставшийся от черта кинжал. Повертев его в руках, он хмыкнул и вернул кинжал мне. Я продолжил заранее продуманную речь:
– На счету семьи в банке не больше двадцати тысяч золотых. Тридцати пяти тысяч золотых наличными будет достаточно? За такие деньги можно заказать убийство любого, не то, что освободить пару людей, стоящих на пороге старости!
Конечно, капитан с супругой далеко еще не стояли на пороге старости, но ради того, чтобы у них появился этот шанс, можно ситуацию сделать и пожалобней.
– Сумма выглядит солидно, конечно, и думаю, будет достаточной, – сказал Огеслегур, – но есть еще одна возможность улучшить положение капитана с супругой.
Мигнуло уведомление:
Принять, конечно! Сейчас все шансы важны.
С министром мы расстались на приятной ноте. Мне стало гораздо легче идти без огромного груза золота, и, я уверен, что он понял все мои намеки. Мне нужно было предельно точно дать понять министру, что я не богатенький провинциальный лох, у которого можно взять деньги и тут же забыть про все данные ему обещания. Для того я и показывал ему оружие, с историей, как выжил в данже, где погибло три сотни его элитных воинов. И вовсе не случайно сказал: «за такие деньги можно заказать убийство любого», намекая, что просто взять деньги, и безнаказанно потом соскочить, кинув меня, не получится. По лицу министра я понял, что он мои намеки воспринял. Как там говорил Теодор Рузвельт? Не повышай голоса, но держи наготове большую дубинку, и ты далеко пойдешь!
Выйдя из кабинета министра, я кивнул Адельхейд, что все в порядке, и глазами показал на выход, намекая, что она снова пойдет впереди. Адельхейд, на лице которой не дрогнул ни один мускул, развернулась и пошла к двери. Невероятно быстро учится!
Встретились мы в моей комнате в таверне, я пересказал Адельхейд наш разговор, упомянув и о задании.
– Но зачем ты его взял? Там же сотни зомби и чертей, ты же не справишься!
– Сам, конечно, не справлюсь. Но я предпочитаю делать такую работу чужими руками.
К кому обращаться, я знал. В это раз без посредников, клану Ратри этот данж не по зубам, как и предыдущий. Я тут же накатал и отправил письмо.
Ну, главное, чтобы он был в игре. Ни один крутой игрок, привыкший к адреналину, не сможет остаться невозмутимым, прочитав подобное письмо.
Нам повезло, Манивальд был в игре.
Через две минуты мигнуло послание:
