- Нет. Дом не сдаю, - отмахнулся селянин. - Хватит одного раза. Насдавался. Просто вся Осиновка потешается. Бизнесменом обзывают. Опять же, семья против. Старший сын подрастает. Уже спрашивал насчет дедовского дома. Кто его знает? Может девочку хорошую приметил. Пусть поживет отдельно. Пусть, так сказать...
- У тебя, Игорь Михайлович, в сарае камень без дела валяется.
- Камень? Какой камень?
- Реально заработать. Купишь молодцу - сыну мотоцикл, дочери - рукодельнице швейную машинку, красавице - жене золотую цепочку и сережки, а себе лично здоровенный вездеход с антресолями. Как станешь на четырехколесном чудище огород пахать, соседи сдохнут от зависти. Так штабелями и повалятся.
- Просто не понимаю. Что за камень, Витька?
- Бриллиантовый, - машинально пошутил я, но, видя полнейшее непонимание на тупом кабаньем лице, решил не уходить в сторону от проблемы. Только хуже сделаю.
Сарай поддался ремонту не настолько сильно, как дом, хотя изменения я заметил сразу от входа. Полностью исчезла пыль, грязь, хлам, в котором я спрятал камень с рисунком. Крыша, конечно же, тоже была залатана, а может и перекрыта свежим рубероидом по анекдотичной деревенской моде. Игорек с очевидной гордостью продемонстрировал новенький выключатель. Когда селянин нажимал на кнопку, то светился куда ярче, чем вспыхнувшая вслед за щелчком жалкая электрическая лампочка. Если деревенщина сейчас с дурацкой миной начнет рассказывать о младшем сыне, который, путаясь в загаженных пеленках провел несчастный провод в пристройку, я не удержусь от смеха. Принесу себе соболезнования за критику, мои возможности в самоконтроле тоже не безграничны.
- Там, в углу лежал, Игорь Михайлович. Собирался у тебя однажды порядок навести, чтобы машину в сарай загнать. Тронул какую-то доску, тут камень прямо на ладони мне и свалился. Плоский такой. Исцарапан весь. Обычная дрянь на вид, размером с две ладони, или чуть крупнее.
Игорек бессмысленно таращился на меня, будто настоящий кабан на новые ворота. Понятно, плитку с выбитой на ней пилой дети вынесли, делая уборку в сарае. Не такое уж это событие, выудить камень из горы мусора, чтобы рассказывать отцу о находке.
Потискав телефон, я развернул фотографии, сунул экран к лицу тупоумного селянина.
- А, вот какой, - разочарованно развел лапищи деревенщина. - Такой видел. Просто теперь давно выбросили. Лет тридцать назад.
- Морщи лоб, вспоминай тщательней. Фотографии несколько недель назад сделаны. Какие тридцать лет? В твоем сарае камень хранился, завернутый в тряпки.
Селянин действительно наморщил лоб.
- Пойти у детей спросить? - предложил кабан.
- Послушай, выбросили или на Луну отправили, мне не суть важно. Откуда камень взялся в твоем сарае, объяснить можешь?
- Могу. Камень не один. Батя мой много лет назад нашел на Чертовом Лбу. Штук десять в дом принес. Там много. В старину люди на них линии выбили. Просто богам молились. У нас камни без дела лежали. Самым здоровым мать однажды капусту прижала. Капуста красной стала. Розовой. Пузырилась. Вроде как кипела, представляешь? Есть не стали. Даже не попробовали. Причем, правильно сделали. Потом бочка из-под капусты просто в пыль рассыпалась.
Задыхаясь от большого волнения, я с нетерпением ждал, пока селянин выговорится. Значит, камень не один. Значит, камней много. Если камни собрать, не станут ли они похожи на целостный график? Что такое этот Чертов Лоб? Спрашивать мерзкого кабана в лоб о Чертовом Лбу никак невозможно. Вообще, хватит задавать вопросы. Пока вода щедро льется, не стоит расширять русло ручья. Собираясь перебить неожиданно длинный монолог Игорька еще в самом начале, я прикусил язык.
Тема, по сути, оказалась исчерпанной. Кабан еще долго вспоминал подробности, в своей отрывистой манере повествовал о том, как в месте, где полежала безнадежно испорченная квашеная капуста, через несколько лет встретили громадную змею с двумя головами, как родители потом оставляли плитки в разных укромных местах, относя подальше от Осиновки, как сильно ругалась мать и до крайности расстроился отец.
- Дорого стоили наши камни? - завершая воспоминания, спросил селянин.
- Пока не знаю. Петроглифы, слышал о таких?
- Это как в Египте? В пирамидах?
- Типа того. Петроглифы, вещь редкая, упрямая и очень крутая. Весь Интернет перерыл, нет информации о петроглифах в Осиновке. Эксклюзивная находка. Древний артефакт, равного которому нет в мировой археологической практике.
- Когда старшему брату было меньше десяти лет, мы выпытали у отца... Брат нашел место...
Он запнулся, затормозил, очень странно глядя на меня, и я, феноменальный знаток меркантильных человеческих душ, мгновенно догадался, что Игорек сейчас размышляет, нельзя ли скрыть от меня секрет. Правильно, правильно рассуждаешь, деревенщина! Когда целое делится надвое, этого самого целого становится ровно в два раза меньше. Как говорится в дурацких святых книгах, не делись с ближним своим, козленочком станешь.
