— Ну ты не очень-то! — огрызнулся Гизон. — Не с деревенщиной разговариваешь! Несмотря на мои прискорбные жизненные обстоятельства, из Сословия меня не выключили, так что изволь… Ну верю, верю… Если я тебя потрогаю, не цапнешь? Нет? Теплый, вполне плотский, шерсть натуральная…
— РЕМИДЕНУМ? — написал Сварог.
— Вот именно! — приосанившись даже, ответил Гизон. — Если ты знаешь, что это такое, должен понимать…
— БЕЙ ПОЖАРНЫХ! — написал Сварог. — ТИМОРУС ПРЕЗРЕНЕН, КЛЯНУСЬ ТРЕМЯ СОВАМИ!
— Бригита милостивая! — выдохнул Гизон. — Ты… вы… неужели коллега, хоть и в столь неприглядном облике? На каком факультете учились?
Сварог превозмог соблазн выдать себя за студента Ремиденума — тамошнюю жизнь он знал поверхностно и очень быстро прокололся бы на куче мелочей. Поэтому написал: БЫВАЛ ТАМ. ДРУЗЬЯ.
— В друзья у нас принимают с большим разбором… — сказал Гизон. — Это рекомендация, да… А вот забавно: я вас, сударь, нисколечко не боюсь. Потому что человек в облике животного может оказаться либо оборотнем, либо обращенным, и никем третьим… Оборотень — дело опасное, кто знает, что ему взбредет на ум и как он вздумает развлекаться, но вы, похоже, знаете реалии Ремиденума, а значит, обращенный… Ага, киваете… Пожалуй, я все же подлечусь…
Он с неожиданным проворством вскочил и рысцой направился за дом. Сварог терпеливо ждал. Вскоре появился, неся оплетенную бутыль немалых размеров и глиняную кружку. Поставив все это на лавочку, он хлопнул себя по лбу:
— Про вас-то я, сударь, и не подумал… Вам миску? Так будет сподручнее…
Сварог замотал головой. Признаться, выпить хотелось ужасно, но он представления не имел, как подействует на собаку даже небольшая доза алкоголя, так что лучше не экспериментировать…
— Ну, как хотите, — пожал плечами Гизон. — Честью было предложено…
Он налил себе полную кружку, обеими руками поднес ко рту, морщась, изрядно отхлебнул. Его, бедолагу, так и перекосило.
Прикинув, куда мэтр блеванет, если случится, Сварог отодвинулся в сторонку.
Обошлось. С содержимым кружки — судя по запаху, вино — мэтр управился мастерски. Посидел, закрыв глаза. К нему, сразу видно, возвращалось хорошее настроение. Даже щеки порозовели: ну да, умелая опохмелка делает чудеса…
Сварог позволил ему допить и вторую кружку, после чего решительно положил лапу на горлышко бутыли и оскалился.
— Я понял… — сказал Гизон. — Ладно, ладно, дайте я только пробкой заткну, чтобы не выдыхалось… Ну да, обращенный… Оборотень ни за что не попал бы в Ремиденум… — и уставился с хитрецой. — А не подскажете ли, сколько окон в корчме «Астролябия и свиток»?
— Гав! Гав! Гав! Гав! — сказал Сварог.
— Верно… — протянул Гизон. — Четыре… Пятое фальшивое, и знать это может только тот, кто бывал внутри… А где там стойка, слева или справа? Вы напишите… Верно, слева… Бывали. Не врете, — промолвил он с пьяноватым умилением. — Равена… Прекрасный город… Что это вы пишете? Есть шанс вернуться? Ну, знаете, чтобы такое обещать человеку вроде меня, волею обстоятельств низвергнутому в эту дыру, надо обладать немаленьким влиянием… Обладаете? Да вы вообще кто? Что-о? — он посерьезнел. — Барон? Звездная Палата? Так-так-так-так-так… Ежели взять да поверить, то без труда возникают версии касательно того, как вас обернуло… Выслеживали кого-то надлежащего и не рассчитали силенок? В ловушку угодили? Да? Ну, сударь мой, в здешних местах надо быть осторожнее, это вам не столица… Мне, хвала Бригите, с
Начался серьезный разговор — Сварог то писал, то кивал или отрицательно мотал головой в ответ на вопросы Гизона. Надо сказать, опустившийся мэтр, распохмелившись, соображал толково… Сварог стойко придерживался «легенды», которую ему неожиданно подсунул сам мэтр — получалось весьма даже правдоподобно: барон, не последний по рангу сыщик Звездной Палаты, выслеживал тут очередную нечисть и ненароком угодил в ловушку. Вот
