В знак понимания киваю головой, но сдаваться я не собирался. Просто, оценив расклад сил, решил взять тайм-аут. На руках у меня до сих пор наручники, драться или сопротивляться — бесполезно. Кейт в аналогичном положении, она лежит на кровати, запястья прикованы к металлической решетке кровати. Прямо как в фильме для взрослых: растрепанные волосы на подушке, испуганный взгляд, с расставленными руками. Ей только ноги раздвинуть, чтобы изобразить позу звезды. Из одежды на ней только красные трусики и такого же цвета лифчик, скрывавший пышную грудь.
— Ну, че? Будешь хорошей девочкой? — голос подает Хмырь, вертясь рядом со мной, нагло положив волосатую руку мне на грудь. Чувствую, как через полупрозрачную ткань туники, он начал сжимать мой сосок. Лысый же верзила, со стороны Кейт, нагло лапал блондинку, пытаясь снять с нее лифчик. Пленница особо не сопротивлялась, явно смирившись со своей участью.
— Успеем? Думаешь, за час управимся? — спрашивает лысый, разрезая ножом лямки бюстгальтера. Мог бы не заморачиваться, приспустил бы трусы и все. Через пару секунд Кейт уже лежала на кровати топлесс, а верзила чуть ли не пускал слюни, одновременно расстегивая джинсы и пялясь на сиськи пленницы.
— Можно не спешить, это право нашей первой ночи! — отвечает Хмырь и хватает меня за подбородок, смотря мне в глаза. Злобно пялюсь ему в ответ. Его взгляд вызвал во мне ураган злости. Заметив это, он довольно улыбнулся, резко отпустил меня и больно потянул за волосы, разворачивая спиной. В следующую секунду ощущаю, как его рука оказалась у меня в промежности. Пытаюсь изогнуться, но он только еще сильнее потянул за волосы. От боли хотелось мычать, но я молчал, чувствуя его дыхание у себя на затылке и пальцы, вольготно хозяйничающие между ног. Внутри кипела ярость, перемешанная со стыдом. По щеке скатилась слеза. Неужели я — плачу?
— Слышь, Лысый, да она уже потекла! Хорошая сучка! Хочешь меня? — дыша мне в ухо спрашивает Хмырь.
Эй, мужик, держи свои влажные мечты при себе. У меня там сухо, как в Сахаре.
Лысый детина, напротив меня, уже стаскивал с Кейт трусы. Та, лежа на спине, безразлично смотрела наверх, на темный потолок. Кричать она уже не пыталась, хотя ей вынули кляп почти в то же время, что и мне.
— Хмырь! У этой тоже все выбрито! — подает голос Стив, раздев мою блондинку.
— А ты мне не верил! Говорил же, они опытные сучки! — злобно заржав, ответил Хмырь, поднимая низ прозрачной туники мне на уровень живота. Новый толчок в спину. Опустив волосы, мучитель жестом ладони заставляет меня раздвинуть бедра. В этот момент у меня в голове пронеслась вся жизнь. Для меня это было подобно смерти.
Ну, все! Просто так сдаваться я не собирался. Внутри меня закипела гнев и обида. Нервы натянуты до предела. Пусть я находился в слабом женском теле, но даже раненный и загнанный зверь умеет огрызаться. В тот момент, когда верзила обхватил меня за талию, я дернул головой и ударил затылком ему по носу. Было больно, но удар получился удачным, противник не ожидал подвоха, а эффект внезапности сделал свое дело. Хмырь пошатнулся, грязно выругавшись, убрав от меня руки.
Потом буквально в метре от меня разорвалась граната. Удар, звон в ушах, и все как в тумане. В голове стоял шум, как после нокаутирующего удара, а в глазах летали звездочки.
В этот же момент понял, что лечу во тьму.
Тишина…
Очнулся я уже на полу. Приоткрываю глаза, но из-за волос на лице, закрывавших обзор, ничего рассмотреть не могу. Жутко болела голова. Ощущаю голой кожей деревянный пол.
Пытаюсь приподнять голову и понимаю, что Хмырь стаскивает с меня прозрачную тунику. Руки безвольно поднимаются вверх, шуршание прозрачной кожи, звук рвущегося материала. И сколько времени я провалялся без сознания? Удар я помнил, а вот, что было потом — нет. Выходит, пока я был в отключке, этот мудак меня раздел. Инстинктивно пытаюсь прикрыться ладонями, но с наручниками на руках это получается неудачно.
— Не думай больше чудить, — произнес Хмырь, наклонившись надо мной, его лицо искажено злобной усмешкой.
Неподвижно лежу на полу, стараясь не показывать страха, хотя внутри всё сжалось от ужасной неизвестности. В голове стучали мысли, подсознание искало способ выбраться из этого ада. Запястья болели от наручников, красные полоски на коже, как напоминания о том, как легко можно потерять свободу.
Откуда-то сверху, со стороны кровати, охнула Кейт, вернее издала что-то среднее между стоном и плачем. Следом послышалось характерное хлюпанье, тот самый звук, когда происходит соитие мужчины и женщины. Сама постель, предательски заскрипела. Хмырь снова хватает меня за волосы и рывком кидает на кровать, едва успеваю выставить вперед руки.
