— Отис, госпожа Кейна приехала к нам надолго. И приехала не одна, а со своей дочерью. Ее зовут Настя, но она пока спит. А сейчас, прошу тебя, дай нам с госпожой договорить. И вообще, ты умывался? — всматривается в его заспанное лицо.
— Настя?! — дергает чертенок ушами, хвостом. — Спит? Понял, — и его как ветром сдувает.
— Ладно. — Герон поднимается, одергивает китель. — Я подумаю, что можно сделать.
— Я не знаю, как долго ты собрался думать, но мне нужно…
— Срочно. Я услышал.
— И?
— И я буду вечером. А вы осваивайтесь. Если что, Отис все покажет.
— Адам! — вскакиваю следом.
Но он и не думает останавливаться, уходит, закрывает за собой дверь, садится в машину и был таков. Подонок! Гад! Сволочь! Подумает, видите ли. В итоге сажусь обратно на стул, обхватываю голову руками. Видимо, это наказание свыше, а то я все жаловалась, все мне было не так, дел слишком много, времени мало. Теперь, пожалуйста, получите и распишитесь. Враз ничего не стало, за что боролась годами.
И тут до ушей доносится то ли визг, то ли смех, то ли плач. В итоге срываюсь с места и несусь на второй этаж.
— Настя! — влетаю в спальню и вижу картину маслом. Настя вместе с чертенком трясут в банке огромного паука.
— Он ядовитый? — подбегаю к ним.
— Нет, — улыбается Отис, — это черный тарантул, он не кусается даже. У нас в саду таких много живет.
— Боже, — сажусь на край кровати.
Этого я и боялся. Кейна слишком упертая. Но в чем-то она, конечно, права. И мне сейчас надо добиться ее покладистости, а значит, пойти навстречу. Что ж, действовать придется по обстоятельствам. Портальный ключ у меня есть, да и время еще совсем раннее, можно успеть в мастерскую до прибытия помощниц.
Через полтора часа сворачиваю в Кривой переулок. Мозг меж тем активно перебирает варианты начала разговора. И что-то все эти варианты так себе.
В мастерской первым делом прислушиваюсь к звукам. Вроде тихо, только холодильники тихонько гудят.
Так, и где тут ее вещи? Угу, вот пальто, как Кейны, так и девочки, шапка, шарф. Сую в пакет, который так удачно подвернулся под руку. Но важнее другое, важнее ее записная книжка и ключи, которые нахожу на прилавке. Лежат прямо на видном месте. И только собираюсь забрать, как раздается звон ключей со стороны входной двери, а спустя минуту в зал входит полная пожилая женщина. При виде меня сразу столбенеет, даже чуточку бледнеет.
— Вы кто и что тут делаете? — довольно быстро справляется со ступором.
Угу, что я тут делаю, это понятно, а вот кто я? Вдруг ответ вырывается сам собой:
— Муж. Бывший.
— Ах, вот ты какой… муж бывший, — качает головой, — красивый, молодой, холеный и такую пичужку бросил с ребенком на руках. Ни стыда, ни совести.
— Виноват.
Военный что ли? — надевает очки, всматривается в форму.
— Так точно.
— Н-да, и такие еще нас защищают! — Засим следует очередной полный презрения взгляд: — А ты чего здесь забыл? Откуда ключи?
— Так, мы с Кей… Кариной помирились, — засовываю ее записную книжку в один карман, в другой отправляю ключи. — Я осознал свои ошибки. Как говорится, лучше поздно, чем никогда. Верно? В общем, я решил забрать жену с дочерью с собой. Нам нужно время на воссоединение. Однако она очень волнуется за мастерскую и не хочет ее оставлять на произвол судьбы, поэтому предлагает вам пока что присмотреть за ней. Само собой, за достойный оклад. Вы сейчас сколько получаете?
— Что-то ты мне зубы заговариваешь, — выкатывает женщина вперед себя сумку на колесиках. — Может, мне полицию вызвать, а?
— Можете вызывать, — опускаюсь на высокий стул. — Вместе и дождемся.
— А почему Карина сама не приехала?
— Занята сборами, с дочкой носится. Меня вот сюда отправила, чтобы, так сказать, своими глазами увидел, чего она добилась. Так что? Обсудим ситуацию, Мария Федоровна?
— Мне было бы куда спокойнее, если бы я своими глазами увидела Карину. За свои-то немалые годы разучилась верить людям вот так с первого взгляда.
— Она заедет, — киваю как можно убедительнее, — перед самым отъездом. А пока давайте все же обсудим положение дел.
— Хорошо, — ставит сумку у двери, затем снимает куртку. — Давай обсудим. Как зовут?
Зовут? Так, дочка у Кейны записана как Анастасия Денисовна.
— Денис Григорьевич. Приятно познакомиться.
— Угу. Что ж… Денис Григорьевич Предательский, получаю я пятнадцать тысяч в месяц. Иногда побольше, если задерживаюсь допоздна. Сейчас вот привлекла в помощь свою знакомую.
— Валентину Ивановну, знаю, знаю.
— Да, ее самую. Она пока без оклада, получает по факту за отработанные часы. Там уж по-разному. То три тысячи выходит, то две. Мы обе на пенсии, так что официально не оформлены. Но в Карине уверены, как в себе, она девочка честная, порядочная.
— Я понял. А как вы смотрите на то, чтобы получать тридцать тысяч в месяц? Что до Валентины Ивановны, ей мы с Кариной можем предложить двадцать тысяч в месяц.
— Предложение-то щедрое. Если Карина сама придет и подтвердит твои слова, то мы согласны. У нас сейчас много заказов, надо с ними что-то делать. Я несколько могу взять на себя, но не все. В общем, без нее тут не решишь.
