Яркие костры с языками пламени высотой с мой рост испещряли дорогу вокруг дома. В других местах были пятна тьмы. В этом районе не было электричества, скорее всего уже несколько дней, вероятно, усилиями военных, и поле битвы освещалось только пламенем, придавая текущему сражению почти адскую атмосферу. Лица членов АПП искажались от боли и страха. Злодеи неумолимо наступали, их лица мелькали тут и там — шлем-череп Мрака, переделанный противогаз Саламандры, в стёклах которого отражалось пламя, рыхлое лицо Грегора, как будто покрытое кусочками ракушек.
Полагаю, и моё тоже. С жёлтыми линзами свежеотремонтированной маски, и имитацией жвал, обрамляющих нижнюю челюсть.
Я направилась туда, где шла основная борьба, и столкнулась лицом к лицу с двадцатилетним парнем. Я сразу же поняла, что он один из завербованных. Из тех, кто не стал бы драться, не будь у него бомбы, заложенной в голову. Он держал бейсбольную биту как меч.
— Сдавайся, — сказала я ему. — Брось оружие, ложись на землю, руки за голову.
— Н-нет. Я не могу!
— У меня есть сверхспособности. У тебя нет. За последние десять минут я уложила людей крупнее тебя, лучше вооруженных, людей с инстинктом убийцы, и я даже не вспотела. Скажу тебе прямо, ты проиграл. Ты проиграешь этот бой. Ложись и положи руки на голову.
— Нет! — он сделал шаг вперед, поднимая биту.
Мне не нравилось сражаться с этими парнями. Не нравилось причинять им вред. Но если они не сдадутся, то следующее, что я могла для них сделать — ранить их достаточно сильно, чтобы их не заподозрили в трусости, если им придётся объясняться перед Бакудой.
Я двинула на него своих насекомых, надеясь отвлечь от своего решающего удара. Этот парень, однако, не сдался — он бросился ко мне сломя голову, сквозь рой кусающих и жалящих насекомых, слепо размахивая битой. Мне пришлось отступить назад, чтобы избежать удара. Я вытащила дубинку и попыталась решить, когда и как нанести удар. Если он ударит по моему оружию, то может выбить его у меня из рук. Если бы я могла ударить его по руке, или поймать момент, когда он потеряет бдительность...
В этом не было необходимости. В игру вступил Мрак, небрежным движением приложив беднягу кулаком в челюсть. Тот рухнул на землю, бита выскользнула из его рук.
— Спасибо, — сказала я, несмотря на то, что испытывала сочувствие к нокаутированному парню.
— Нет проблем, — его потусторонний голос плохо подходил обыденным словам. — Мы почти закончили.
Я оглядела поле боя. Раненые и лежащие без сознания члены АПП покрывали землю вокруг здания. Хотя в самом начале мы были в меньшинстве, сейчас у противника осталось только несколько бойцов.
— Сплетница! — крикнул Мрак. — Сколько?
— Готово! Здание чисто! — отозвалась она. Следуя за её голосом, я увидела, что она сидит на корточках на крыше одного из немногих автомобилей, припаркованных вдоль улицы, в её руке болтался пистолет, она была в стороне от основного боя, предпочитая пугать издалека.
— Саламандра! — позвал Мрак. — Улитка!
Два члена команды Трещины работали в тандеме. Саламандра извергла гейзер жидкости из сопла у основания её маски, направляя её к основанию здания, где она вспыхнула при соприкосновении. Грегор-улитка, в свою очередь, вытянул руку и ливанул непрерывным потоком пены на соседние здания. Он сообщил нам прежде, чем началась драка, что может создавать различные химические вещества в своём огромном желудке и выпускать их потоком через кожу. Клей, смазочные материалы, сильные кислоты и прочее. Сейчас он использовал что-то огнезащитное, как мы и планировали. Не стоило сжигать все окрестности.
Пока Саламандра старалась сжечь здание дотла, а Грегор сдерживал пламя от распространения на другие дома, остальные провели несколько минут, работая над разоружением и перемещением раненых и бессознательных врагов подальше от здания. Мрак снабдил меня пакетом с десятками пластиковых наручников, и я начала надевать их на членов АПП.
Мрак подошел ко мне.
— У меня закончились. Есть лишние?
Я протянула ему пачку наручников.
— Это дело с АПП почти закончено, — сказал он. — Я разговаривал с Туманом, одним из людей Кайзера. Похоже, тот не собирается поднимать вопрос о Суке и собачьих боях, как ты и предполагала.
Я кивнула.
— Хорошо. Они мне не нравятся, но ещё одна война нам пока ни к чему.
Мрак выкручивал руки какого-то парня с раненой ногой, а затем ударил его по почкам, когда из-за борьбы оказалось слишком сложно надеть на того пластиковые наручники. Парень прекратил сопротивление.
— У тебя есть планы на завтра?
Я перевела внимание с бессознательной девушки, на которую я надевала наручники, на Мрака.
— Ну? — спросил он.
— У меня нет планов. Ни одного, — я подбирала слова. Формально я могла или должна была вернуться в школу, но у меня всё ещё была отмазка — сотрясение мозга, так что могла отсутствовать ещё несколько дней. После того, какой оборот приняла наша встреча с директором, я была рада отмазке.
