Грудь тяжело вздымалась, когда Сплетница пыталась втягивать воздух через пластиковую трубочку, которую она вогнала в отверстие в горле. Она с трудом поползла к Шевалье. Силы кончились ещё на половине пути.
Она вгляделась через комнату на тела Баланса и Шевалье, пытаясь понять, дышит ли кто-нибудь из них.
Ей удалось издать единственный звук, который не требовал воздуха из лёгких. Она цокнула языком.
Догнать их мы бы не смогли — Неформалы ехали верхом, а мы шли пешком. Я могла летать, но не хотела бросать Стражей. Если бы Тектон остался лидером, я, возможно, взяла бы на себя роль разведки, полетела вперёд и предупредила Неформалов.
Окружающая обстановка для моей силы — хуже не придумаешь. Насекомых хватало, но вокруг стоял густой дым, и везде горели пожары.
Насекомые мало что могли сделать. Их поджаривало, если не огнём, то горячим воздухом и раскалённым дымом.
Я перелетала от точки к точке. Навигация никогда не была моей сильной стороной, так что я старалась двигаться по прямой, останавливалась в местах с хорошим обзором, и только когда была уверена, что Бегемот меня не видит, меняла направление и летела к следующей точке.
Каждый раз, остановившись, я несколько секунд тратила на изучение обстановки. Улицы были заполнены людьми, и со временем их становилось всё больше. Бойцы на земле едва могли пробиться вперёд, и с моих обзорных пунктов я видела, что ситуация только ухудшается.
Другим преимуществом моего подхода к передвижению была возможность отмечать места пожаров. Я собирала насекомых со всех окрестностей, определяла их возможности и затем направляла параллельно своему движению, стараясь не подвергать опасности.
Раздался грохот рушащегося здания, и воздух заполнили искры. Я услышала отдалённые крики толпы. Через насекомых я чувствовала, как люди бросились бежать в поиске укрытия. Ближайший путь, который вёл подальше от Бегемота, был направлен в нашу сторону.
Рикши развернулись и побежали к устью узкой улицы, люди пихались, толкались и всей толпой неслись на нас.
Мне самой ничего не угрожало, но моей команде… Я отлетела в сторону, чтобы проверить, что там всё чисто, затем отправилась обратно такими же короткими перелётами.
«Порхаю себе тут и там», — подумала я и тут же оборвала себя, стараясь забыть эту мысль. Не годится. Ни в коем случае нельзя сболтнуть подобное в разговоре. Это напомнило мне о феях. Гленн наверняка подумает о феях.
— Тектон, — позвала я, вернувшись к своим.
Он посмотрел на меня. Даже в механизированной броне ему было тяжело справляться с потоком толкающихся и протискивающихся мимо людей.
— Сквозь здание! Скорее! — я указала направление.
Он взглянул на него и поднял бронированные перчатки. Копёры ударили в стену, пробив неровную дыру размером с дверной проём.
Он зашёл внутрь, затем сделал то же самое с другой внешней стеной. Чикагские Стражи последовали за ним.
— Не привык, что можно свободно всё ломать, — громко сказал он. — Это, наверное, второй раз, когда я могу действовать во всю мощь.
— Ваши силы, — сказала я, опустившись на землю. Здесь, внизу дым был не таким густым. — У вас была пара минут, чтобы собраться с мыслями, новички, коротко расскажите о себе.
— Собраться с мыслями?! — спросила Окова, — Чёрт возьми, ты ещё можешь думать посреди этого хаоса?!
— Толпа вам больше не мешает, — сказала я. Людей здесь было вполовину меньше, чем на соседней улице. Мышление стада, мышление леммингов. Они были слишком сосредоточены на бегстве.
— Не только толпа. Это же… — она вздрогнула, когда где-то вдалеке ударила молния. — Мы умереть можем в любую секунду, раз — и всё.
По ней это было заметно больше всего, но и другие двое тоже были напуганы. Боялись все, но эти — особенно.
Они новенькие. Наверное, ещё ни разу не бывали в настоящем сражении, не говоря уже о чём-то подобном.
Чёрт, даже я не бывала в чём-то подобном.
Молчание наших браслетов казалось зловещим. Программа Дракона не выдавала список погибших, и я сомневалась, что причина была в том, что никто с браслетом не погибал. Возможно, так приказал Шевалье, посчитав, что не нужно, чтобы искусственный голос, зачитывающий имена мертвецов, подрывал и так уже слабый боевой дух.
Слышны были только удары и грохот сражения Бегемота против обороняющихся кейпов, крики и тяжёлое дыхание пробегающих мимо нас людей и непрекращающийся треск огня ближайших пожаров и ударов молний.
— У нас будет больше шансов, если вы соберётесь с мыслями и расскажете, что вы умеете. Это поможет эффективно использовать способности друг друга, — сказала я. — Ну же, ребят, работайте со мной.
— Я Излом и Эпицентр, — сказал мне Сплав. — Сливаюсь с неживой материей, искривляю пространство.
— Как именно искривляешь? — спросила я.
