— Достаточно большую. Готова поспорить, история с его сыном была отвлекающим манёвром. Возможно, кто-то подделал информацию об Учителе, которая была у Святого, возможно нет. Старое оборудование, планы, созданные за годы, в течение которых он контактировал со Святым, всё это служило одной цели. Или даже множеству скрытых целей. Множество планов, работающих одновременно с разных направлений. Это помогло ему продвинуться сразу в нескольких областях, создать репутацию и заставить Святого думать, что он знает, чем занят Учитель, в то время, как тот скрывал свои истинные желания.
— Я был осторожен, — сказал Святой. — Мы были осторожны. Мэгс, Добрыня, я. Мы всё отслеживали.
— Вы не могли, — сказала я, а когда осознала, что заговорила, то вынуждена была продолжить. Я поспешно привела мысли в порядок. — Вы не могли добиться в этом успеха. Всегда легче нападать, чем обороняться. В защите вы вынуждены уделять внимание упреждению врага, вы не можете заняться планированием всех тонкостей обороны. А вот при нападении можно проявить изобретательность. Вот почему злодеи обычно чаще побеждают, чем проигрывают. Чаще всего именно они делают первый ход. Грабят банк, в то время, как герои реагируют, защищаются. А если речь идёт об Учителе, то нельзя быть достаточно осторожным, чтобы быть по настоящему в безопасности.
— Это не то, что я говорил, — возмутился он.
— Я объясню на пальцах, — сказала Сплетница. — Ты хотел помешать крутому ИИ стать действительно опасным? И, насколько я понимаю, ты сделал её только сильнее, спровоцировав триггер. А затем открыл дорогу к коду Дракона безумцам вроде Учителя.
Святой сжал зубы, и на его щеках заиграли желваки.
— А тем временем, — добавила Сплетница, — невероятно разозлил некоторых врагов и просрал все свои козыри. Но, возможно, ты нанял кого-то, чтобы освободить себя, кого-то хорошего в своём деле, и нашёл хорошее место, чтобы спрятаться. Тебе оно, похоже, понадобится.
Он не двинулся с места.
— Нет? Блядь. Тогда, надеюсь, ты хотя бы сможешь сделать кое-что полезное.
— Начни с освобождения Дракона, — сказала я. — У неё должна быть возможность позаботиться о себе и сражаться вместе с нами.
— Дай волю дракону! — прошептала Чертёнок.
— Я не могу.
Я сжала кулак. Как же меня достали упрямцы!
— Ты хочешь сказать, что не станешь...
— Он хочет сказать, что не может, — ответила Сплетница.
Святой глубоко вдохнул, затем шумно выдохнул:
— Я установил привязанное ко времени шифрование. Я запомнил коды, которые работают по определённым датам. Если дата неверная, числа и расчёты настолько велики и сложны, что нет надежды завершить подбор до того, как начнётся следующая фаза.
— Когда следующая возможность? — спросила я.
— В двадцатых-тридцатых числах сентября.
Через несколько месяцев.
— Вот это умно! — заметила Чертёнок.
— А что если подключить Счетовода? — предложила я.
— Вполне возможно, — ответила Сплетница.
— Да, — сказал Святой. — Это возможно. Но Учитель тоже может это сделать при помощи группы своих специализированных умников.
— Блядь, — сказала Сплетница. — Нарвал, можно мне?
— Давай.
— Дверь мне, — сказала Сплетница. — Нужно поговорить со Счетоводом.
После небольшой паузы открылся портал.
Но из него вышел не Счетовод. Отступник.
— Они забрали её. Не всю Дракон, однако достаточно. Остальное сохранено в резервных копиях на спутниках.
— Дверь? — попыталась Сплетница. — К Учителю?
Никакой реакции.
— Заблокировано, — сказала я. — Эта часть соответствует действительности.
— Я знаю, что заблокировано, — сказала Сплетница. — Блядь!
— Тогда, другие варианты? — спросила я. — Кто-то, кого он оставил с нашей стороны, его последователь? Его сын?
Сплетница покачала головой.
— Он не стал бы использовать настоящего сына в качестве отвлекающего манёвра.
Каждый остался наедине со своими мыслями, пытаясь найти выход.
— Отступник? — спросила Чертёнок.
Он повернулся и посмотрел на неё.
— Серьёзный вопрос, — сказала она с деловым видом. — Только не ври, пожалуйста.
— Что такое?
— Перепихон с роботом — насколько это круто?
— Господи боже, — сказала Сплетница.
Отступник не ответил. Его лицо было скрыто, а телодвижения скрадывались бронёй, но я отчётливо ощутила исходящую от него враждебность.
— Эй, я… я не осуждаю. Я серьёзно спрашиваю, пока остальные занимаются стратегическим планированием, в котором они так хороши. Меня не то чтобы интересуют дамочки-роботы, но наверное мне подойдёт парень, который не будет меня игнорировать. Роботы невосприимчивы к моей силе, так что я тут подумала, если заведу себе железного человека… ну, говорят что всякие игрушки по ощущениями лучше, чем…
Я протянула руку и закрыла ей рот.
— Прошу прощения. У неё отсутствуют определённые фильтры. Мне кажется, она пыталась внести некоторую лёгкость в атмосферу беседы, но у неё совершенно не получилось.
Последние слова я произносила, глядя Чертёнку в глаза.
Отступник без выражения отвернулся.
— Никаких стратегий на ум не пришло? — спросила Сплетница.
