Он не был ранен, но для него это было неудобство, и на мой взгляд, это уже было хорошо.
Я чувствовала, что горячая кровь просачивается сквозь мой костюм, стекает по плечам и по груди. Спина стала липкой. Наверное, для летательного ранца это не хорошо. Через толпу кейпов бежала Рейчел, распихивая тех, кто не участвовал в бою и мешал её движению.
Судья ударил Сына в третий раз, и его орудие, уже повреждённое лучом, распалось на части.
Для четвёртого удара Судья использовал носок ботинка.
Однако каждый удар оказывал существеннее меньшее воздействие. От последнего пинка Сын лишь немного качнулся назад, но не более того.
Судья был когда-то судьёй, присяжными и палачом над преступниками Австралии. Он открыто провозглашал свои намерения, отдавая клятву мщения и перечисляя преступления, за которые он наказывал.
Говоря по существу, он передавал силу своему молоту, а от него — к цели, делая её неуязвимой. После удара его жертвы летели по воздуху, пока не врезались во что-то, превращаясь в кровавое месиво.
Если он проявлял милосердие, либо не хотел дать лишнего шанса, он убивал их на месте одним взмахом.
Но Cын не превратился в кровавое месиво. Золотой человек потянулся и вогнал руку в крупнейшую рану, которую создал луч. Вспыхнул золотой свет, и Судья начал распадаться изнутри. Две половины его тела упали на землю, и в воздух взмыли хлопья сожжённой плоти отмеченные искрами золотого цвета.
Лун, державшийся в стороне, достиг того же размера, как во время сражения с Кайзером, Солнышком и мной. Но он продолжал ждать.
Нам нужно было время. Время для Луна, время на то, чтобы у Симург появилась возможность действовать, время, чтобы прибыли подкрепления.
Судья, беспощадный линчеватель и чудовище, заработал нам одну минуту, возможно две.
Сын повернулся к Висте, Крутышу и остальным, которыми он собирался заняться до того, как отвлёкся на Судью.
Он действовал по одному шаблону, предельно размеренно выбирая цели, представляющие наибольшую угрозу — или наибольшее возможное неудобство — и устранял их. Когда он перешёл к следующим по списку целям, Судья уже выбыл из игры.
Виста сложила ещё большую область пространства, затем изменила форму холма, на котором стояла. Она не успевала вывести себя, Крутыша и Сплетницу из-под выстрела Сына.
Симург прикрыла их крылом.
«Выбирайся оттуда», — подумала я.
Затем я сделала кое-что ещё. Я разрушила одну из обманок и направила насекомых в их направлении.
Насекомые летели слишком медленно. Они не могли преодолеть такое расстояние за несколько секунд.
«Выбирайся оттуда. Он придёт за тобой, а тебя не смогут каждый раз спасать».
Сын поднялся в воздух. Воспарил.
«Убирайся оттуда».
Королева Мечей снова выстрелила в него.
Сын повернулся и посмотрел на неё. Ленты — вероятно, наиболее опознаваемый снаряд — взмыли в воздух, налетели на него и замерли, словно их противоположные концы были привязаны к невидимой тетиве. Сила одного из Мечей.
Сын пролетел немного вперёд, и тетива лопнула, распалась на части.
Ещё два снаряда.
Сын настолько поддавался, что можно было решить, будто ему нас жаль.
Рейчел приблизилась. В её руке было устройство. Один из коробков со снадобьем Лабораторного Крыса. Я подвинулась, когда она склонилась над Ублюдком.
— Как? — спросила она. Её лицо было расстроенным, озабоченным и взволнованным. Она посмотрела на меня, на количество крови вокруг, и я увидела боль, спрятанную за суровым взглядом и плотно сжатыми губами.
— Переверни, — сказала я, поскольку продолжала пережимать раны и не могла помочь ей.
Король Кубков, используя самые крупные свои руки, заблокировал выстрелы. Мощные когтистые руки гориллы служили стеной, защищающей товарищей по команде, что стояли позади.
Сын подлетел ближе, взмахнул рукой, отчего все искусственные руки кроме одной или двух разлетелись на куски, и схватил Короля Кубков за челюсть.
Но он не нанёс удара.
Кейпы с дальнобойными силами боялись стрелять в толпу Мастей. Воспользовавшись затишьем, Сын поднял Короля Кубков в воздух и вытянул руку.
Не атакуя, а указывая.
Он по очереди показал на каждого кейпа из группы.
— Как?! — повторила Рейчел, переполненным чувствами голосом.
Я потянулась, взяла её за руку с прибором и потянула к плечу Ублюдка. Когда устройство начало пищать через равные промежутки времени, я снова повернулась к Сыну.
Двигая рукой, он смотрел на Короля Кубков. Выражение лица героя, которое не было мне видно, кажется дало Сыну ответ, который был ему нужен.
Сын полетел вперёд и схватил Королеву Мечей до того, как она сумела убраться в сторону.
Он наклонился и толкнул обоих на землю.
Прижав их, он начал давить на кого-то одного. Я слышала сдавленный крик. Он держал Королеву Мечей за лицо и просто вдавливал её в землю. Крики Короля Кубков были другими. Не боль — ужас.
Кейпы обстреливали Сына, набрасывали цепи на его шею, руки и ноги, но им не удавалось ничего с ним сделать. Силы Висты вздыбила землю вокруг него, однако он не отреагировал, и тогда героиня вернула всё к прежнему состоянию, чтобы другие могли попробовать что-то ещё.
Им пытались помочь не только атаками.
