— Да, — ответила я и взглянула через плечо. Там была Мэй, одна из детей, за которыми присматривали Шарлотта и Форрест. Вместе с ней был один из подчинённых Рейчел и щенок. Они ухаживали за ребёнком из другого поселения, обожжёным тем же ударом, что расплавил броню Драконьих Зубов. Ожоги не были слишком глубокими, но не позволяли различить ни национальность ребёнка, ни даже его пол.
И всё же ребёнок чесал щенка за ухом. Рейчел стояла рядом, сложив руки на груди. Напряжённая, зловещая. Я испытала прилив нежности, смешанный с нерешительностью. Я как будто не имела права слишком сильно привязываться, ведь в конце этого дня она могла оказаться мертва. Это чувство уже было мне знакомо, но сейчас оно стало острее.
Когда я повернулась, Легенда смотрел на меня.
— Да.
— Это не всегда ведёт к наиболее разумным решениям.
— Нет, не всегда, — согласилась я. Мне пришлось посторониться, когда мимо прошествовала группа врачей со множеством инструментом и приборов. Удалять расплавленный материал из обожжённой плоти было непростой задачей, сюда стекались люди, готовые помочь.
— Я всегда знал, что в глубине всего этого замысла что-то было не так, но мне приходилось заниматься более срочными вещами. Чтобы разобраться с одним нападением Губителя или с потенциальной войной между двумя группами паралюдей, нужно отдать все свои силы. Когда кризис подходит к концу, ты измотан больше некуда, а ещё нужно разгребать последствия, а потом восстановить боеготовность, и в конце концов нужно заниматься организацией. Не бывает момента, когда можно остановиться, передохнуть и сказать: — «вот теперь я могу заняться всеми проблемами и сомнениями которые у меня были», — или — «вот именно сейчас я и позвоню тому-то и тому-то, чтобы разобраться с далеко не полной правдой, которой меня кормили, когда мы были по уши в индонезийских кибер-супер-солдатах».
— Мне кажется, я очень хорошо понимаю, о чём вы говорите.
— Мне кажется, весьма вероятно, что понимаешь, — ответил он.
— Но нельзя на этом зацикливаться, — сказала я.
— Если не уделять этому достаточно внимания, то как можно понять, что это превратилось в цикл?
— А никак. Можно оглянуться назад, вспомнить причины, по которым ты делал тот или иной выбор, осознать, что твои подозрения и догадки не привели ни к каким действиям или решениям, потому что в то время были более важные дела, и примириться с этим.
— А ты? Ты примирилась с этим?
— Я всё ещё этим занимаюсь, Легенда.
— Я не уверен, что этого хочу, — сказал он. — Помоги мне, подержи ногу вот так.
Я кивнула.
Запёкшаяся кровь. Ступня превратилась во что-то неузнаваемое. Судя по всему, человек её лишится.
Но Легенда всё равно обращался с конечностью осторожно. Даже нежно. Я пыталась так же осторожно удерживать ногу в воздухе.
Легенда отрезал лазером участок плоти, к которой прилип кусок ботинка. Солдат издал сдавленный крик, я потянулась и взяла мужчину за руку.
— Ты не случайно пришла сюда, — сказал Легенда.
Я посмотрела на него.
— Дело не в том, чтобы заботиться о раненых, — сказал он. — И ты здесь не для того, чтобы присматривать за Адской Гончей. Да, ты можешь использовать рой, чтобы незаметно проверять её, незаметно проверять всех, в зоне твоей силы, но мне кажется, ты пришла не поэтому.
Я собралась ответить, однако нога солдата непроизвольно дёрнулась. Чтобы удерживать ногу максимально неподвижно, мне пришлось отпустить его руку.
Мы опустили ногу и медленно положили её на кровать. Я осторожно накинула одеяло.
— У тебя есть вопрос или несколько вопросов, — сказал Легенда. — Но ты не спрашиваешь, потому что боишься ответов. Либо это что-то оскорбительное, либо есть другая причина молчать.
Я вздохнула.
— Если вы не сможете мне ответить, то я не знаю, что мне делать дальше.
— Это что-то, о чём знаю только я?
— По сути, да, — сказала я. — Сейчас у нас нет доступа к огромному количеству людей.
— Ладно, — сказал Легенда. — Что ты хочешь знать?
— Порталы Котла.
— Закрыты. Они созданы парачеловеком, которого называют Привратник. Доктор сказала мне, что он глух и слеп к своему непосредственному окружению, но мне кажется, намного более вероятно, что это связано с другим человеком, с которым он работает. С тем, кто предоставляет сенсорное восприятие. Мне кажется, Доктор позволила Привратнику слишком долго взаимодействовать с ним, и все остальные его чувства были разрушены или атрофировались. Одно из грызущих сомнений, которые так и не заставили меня действовать.
Мы прошли мимо Рейчел, её прислужника и Мэй. Я одобрительно кивнула Рейчел.
Мы вышли наружу. Поверх окон была разрушенная надпись. По-видимому, Сплетница пыталась придать этому поселению некоторое подобие города Земли Бет и заключила несколько деловых контрактов. Оборудование уже прибыло, однако мебель ещё не была установлена, а поставки еды так и не были налажены. Пустое кафе, превращённое сейчас во временный госпиталь.
«Свежая еда?» — подумала я. Вряд ли.
