Сущность кивнула. Выражение её лица было твёрдым.
Протазан коснулся терминала. Зажглись мониторы, на них был выведен ряд изображений.
На огромном парящем кристалле восседала шестиметровая фигура с ярко выраженной мускулатурой, львиной головой и кристаллической гривой. Вокруг витало множество других кристаллов. Время от времени какой-то из них касался земли. Место касания превращалось в такой же материал, а через некоторое время из-под земли вырывался и присоединялся к рою очередной кристалл.
Ещё большее впечатление грубой силы создавала женщина с рептилоидной нижней частью тела. С неё вздымались клубы пара, которые, извиваясь и заполняя пространство, принимали разнообразные жуткие формы. Лица, острые когти и тому подобное.
На третьем же мониторе, покрытом шумом помех, отображался голый мужчина — красивый и длинноволосый, с застывшей на лице зловещей усмешкой. Он примостился на гребне застывшей на месте океанской волны — неестественно гибкое тело двигалось в такт ветру, словно было настолько лёгким, что могло быть унесено случайным дуновением.
— Они выпустили ещё три супероружия, — сказал Протазан. — Но вам это, конечно же, уже известно.
— Да, — ответила сущность.
— Итого девять. Четверо на Разделе. Один далеко на севере, готов в любой момент зайти нам во фланг. Ещё четверо распределены по всему миру.
— И возможно есть и другие, о которых мы не знаем, — добавил Арсенал.
Одна из сил, которую сущность оставила про запас, отметила, что что-то не так. Сущность повернулась и взглянула на партнёра, молчаливо стоявшего слегка позади. Они обменялись кратчайшими сообщениями.
Они достигли соглашения. Арсенал явно что-то знал о супероружиях или, по крайней мере, подозревал достаточно сильно, чтобы это нельзя было пустить на самотёк.
— Что такое? — спросил Кларент.
— Существуют ещё одиннадцать… — ответила сущность, изображая нахлынувшие чувства.
Сущность видела реакцию героев, состоявших в Хранителях. Страх, тревога, нарастающий ужас.
Однако реакция Арсенала была иной. Он без сомнения был расстроен, но в то же время присутствовало и облегчение. Он знал об этом и проверял, солгут ли они.
И всё же подозрения на этом не исчезли.
— Одиннадцать? — переспросил Протазан.
— Расставлены по миру на границах сильнейших держав, — сообщила сущность Хранителям. — Как и ваши, они более или менее сохраняют неподвижность и атакуют, только когда замечают уязвимость.
— И вы думаете, что ответственны за это Пастыри?
Сущность покачала головой:
— Я не могу знать наверняка. Вы сами видели, насколько мощно они блокируют способности. Но на Пастырей указывает достаточное количество улик.
Выражения лиц трёх мужчин были мрачными. Остальные герои по краям помещения выглядели не менее обеспокоенно. Женщина с огромной пушкой, которая словно живая непрерывно менялась, то увеличиваясь, то сжимаясь. Широкоплечий высокий мужчина, не обделённый мускулатурой, тихо объяснял что-то людям вокруг себя.
— Если это зайдёт хоть немного дальше, мы будем вынуждены подчиниться этой тактике запугивания, — сказал Протазан. — Мне не нравится об этом говорить, но…
— Война, — сказал Арсенал. — Это наш единственный выход.
— Мне не нравится эта идея, — сказала женщина с оружием, — она порождает не меньше проблем, чем решает, а когда ставки так высоки — новых проблем будет много.
— Ничего не делать не менее опасно, — возразил Арсенал.
— Я в этом не так уверена.
— Мы знаем, что это проекции, — сказал Арсенал, не отрывая взгляда от мониторов. — Кто-то или что-то их создаёт. Если мы отрубим голову, супероружия падут.
— Да, — согласилась сущность. От её внимания не укрылся странный взгляд, которым наградил её Арсенал.
— Нам понадобится ваша помощь, — сказал Протазан.
— У вас она будет, — ответила сущность. — Но наша помощь требуется и в других местах. Против подобных угроз и против других. В некоторых из этих мест полномасштабные войны идут прямо сейчас. Мы поможем вам, остановим эти супероружия…
— Если их можно остановить, — перебил Протазан.
— Да. Если их можно остановить. Это подводит нас к моей следующей мысли: вам нужно нанести так много урона, как только сможете. Выложитесь на полную. Мы прибудем поздно, а если они сильны…
Сущность не закончила фразу. Она видела, как усиливаются подозрения Арсенала.
— Вам может прийтись нелегко, — сказал Кларент.
Сущность кивнула. Затем изобразила прилив усталости, ещё больше уверяя всех присутствующих, что она всего лишь человек.
— Спасибо, — Протазан протянул руку.
Сущность преодолела напускную усталость, выпрямилась и пожала протянутую ладонь.
— Нам нужно идти, — сказала она.
— Прежде чем вы уйдёте, — Протазан вытащил из-за пояса небольшое устройство, — возьмите. Работает с переменным успехом, но при удачных обстоятельствах может выдать радиус действия около полутора тысячи километров — в четыре-пять раз больше обычного. Если повезёт, мы сможем подстроить его таким образом, чтобы пробиться через заглушающий эффект и восстановить международную связь.
— Творение Арсенала? — уточнила сущность, хотя уже знала ответ. Она видела проект в воспоминаниях осколка Арсенала.
