— С Сенегалом и Бруксом проблемы. Они довольно сильно сдружились, а Брукс такой человек, что легко поддаётся влиянию своих приятелей. Сам он хороший и полезный, только вот он хочет быть таким, как Сенегал, но он не настолько крут, чтобы выходить как тот сухим из воды, хоть и достаточно умён, чтобы понимать, что Сенегал из себя представляет. И в результате мы получаем придурка, который может быть опасен, если что-то пойдет не так. Я хочу держать их порознь, так что я не могла поставить тебя с Челюстью. И было бы гораздо хуже, если бы я отправила с тобой Брукса. По многим причинам.
— Хорошо, но есть же и другие?
— Притт и Дмитрий. Дмитрий заместитель командира команды, и он единственный, кроме Малого, кому я могу доверить убежище и всё, что там происходит. Ну, наши дела. Притт хороша, и она довольно умелая, но в то же время излишне крутая. Ну, знаешь, как некоторые женщины, работающие в мужских профессиях. Управляющие, высококлассные адвокаты, офицеры полиции…
— И солдаты. Да.
— Да. Пытаются компенсировать то, что они женщины. Так и от Притт будет больше проблем, чем пользы, если оставить её без присмотра. Да и я уже объясняла, почему ей не стоит быть сейчас с нами. Пока среди нас парней больше чем девушек, мы меньше похожи на потенциальных жертв.
— Хорошо.
— Иди с Сенегалом. Блин, если тебе с ним некомфортно, то помни, что на вечеринках у Барыг не все находятся по своей воле. Мы так даже меньше будем выделяться, если тебя от него будет воротить.
Я скрестила руки на груди тряхнула плечами, пытаясь стереть ощущения от руки Сенегала.
— Я не хочу выказывать слабость перед такими как он. Напоминает школу.
— Подыграй немного, и я сделаю так, чтобы больше ты с ним никогда не виделась. Он нам нужен только лишь для этого дела. Один его вид способен пугать людей, причем подсознательно. Пока с нами Челюсть и он, мы вполне можем сойти за Барыг.
— Хорошо, — ответила я, засунув руки в карманы.
— Расскажешь, как прошёл захват территории?
Я подробно поведала ей о разыгранном мною представлении, стычке с Барыгой, пытавшемся меня порезать, разговоре с Батареей и последующем возвращении в логово, из которого я расправилась с остальными врагами.
— Проблема в том, что радиус действия моих способностей примерно двести пятьдесят метров, а территория, которую я контролирую, значительно больше, и из-за этого я могу следить только за её частью. И всё это меня жутко нервирует, я ведь знаю, что мне удавалось доставать дальше.
— Да, я помню, что ты об этом спрашивала, но мне тогда было немного не до того.
— Какие-нибудь идеи появились?
— Одна теория. И в связи с ней у меня есть плохая и хорошая новости.
— Да?
— Судя по твоим рассказам и тому, как меняется моя собственная сила… Ты говорила, что у тебя увеличился радиус контроля в день того разбирательства, да? Когда ты ещё разговаривала с учителями на счёт хулиганов, и всё накрылось?
— Да, — ответила я. — А когда пришёл Левиафан, то увеличился не только радиус действия. Насекомые реагировали на приказы чуточку быстрее. Может, всего на десятую долю секунды, но всё равно.
— Ладно, слушай. Я думаю, что твоя сила становится сильнее, когда ты оказываешься в ситуации, близкой к той, когда у тебя произошло событие-триггер.
— Что?
— Честно говоря, я сильно подозреваю, что это верно и для всех остальных кейпов. Когда кто-то оказывается в том же психологическом состоянии или физическом окружении, как когда они испытали событие-триггер, то их сила возрастает. Плохая новость в том, что, скорее всего, тебе не получится это использовать. Твои силы возрастают от безнадежности и отчаяния, так как именно из-за этих чувств у тебя и случилось событие-триггер.
Чёрт. Подходило.
— Но, что хуже, всё это может быть на самом деле ещё неприятнее, чем кажется. Этот механизм больше похож на условные рефлексы собак Павлова, которые слышали звонок когда их кормили, а потом выделяли слюну уже от одного только звонка. Так и здесь: наше подсознание может слегка подталкивать нас в опасные или просто неприятные ситуации, чтобы вновь ненадолго усилить наши способности.
Не уверена, что мне понравилось последствия сказанного.
— А какая тогда хорошая новость?
— Это что-то вроде защитного механизма. Чем хуже ситуация, тем сильнее ты становишься. Может быть, это и раньше случалось, просто не настолько, чтобы ты заметила.
— Ты сказала, что замечала что-то подобное и со своей силой. Расскажешь?
Лиза оглянулась, будто проверяя, не следит ли кто-нибудь за нами, и вздохнула.
— Я на тебя не давлю, — быстро добавила я.
— Давай в другой раз? — спросила она. — Не хочу впадать в депрессию прямо перед нашим сегодняшним делом.
— Хорошо. Я правда не настаиваю.
— Я же сказала, что больше никаких секретов, верно? Просто дай мне время подумать, как все получше объяснить.
— Конечно.
Она обняла меня одной рукой.
Я поняла, куда мы идём, гораздо раньше, чем увидела толпу. Но представшая передо мной картина меня всё равно шокировала, даже несмотря на то, что я прекрасно знала, что представляют из себя Барыги, и уже издалека слышала музыку.
