Я собрала облако насекомых, чтобы привлечь внимание моих товарищей — когда они повернулись, жестом позвала к себе.
— Я не лучший кандидат для разговора с Панацеей. Думаю, она ненавидит меня. Помнишь, что произошло в больнице? А при ограблении банка?
— Но ты же разговаривала с ней раньше. Она была там и слышала, что Оружейник рассказывал о тебе, о твоем желании быть героем и предать нас. Может, ей захочется разобраться в этой истории, и тогда ты попробуешь вовлечь её в настоящий разговор.
— Может быть. Но вряд ли. Может кто-то другой лучше подойдёт? Ваша группа ведь не слишком далеко от неё.
— И кого послать? Солнышко и Баллистик слишком опасны из-за своих сил. Я не готова разговаривать — да и ненавидит меня она куда сильнее, чем тебя. Я не считаю, что Сука, Регент или Трикстер справятся с ситуацией — в этом, думаю, ты со мной согласна.
— Генезис?
Лиза вздохнула:
— Можно послать Генезис. Она с тобой?
— Она отдыхает. Или восстанавливается после использования своей силы. Сказала позвонить ей, если что-то случится — её создание появится через минуту.
— Решать тебе. Скитальцы вроде порядочные ребята, но они что-то скрывают. И, мне кажется, что ты лучше подходишь для разговора с Панацеей.
— Ладно. Скинь мне адрес. Я спрошу остальных, и мы вызовем Генезис, если понадобится.
— Отлично.
Я повесила трубку. Мрак и Сука уже смотрели на меня.
— Ну, что там? — спросил Мрак.
— Панацея в одном из убежищ, и непонятно, что она там делает. Сплетница находит это странным, и я с ней согласна. Она хочет, чтобы мы проверили Панацею.
— Зачем?! — спросила Сука. — Это не наше дело.
— Мы можем получить информацию. Нельзя защитить кандидатов, если нам неизвестно, кто они. А поиски шестого, выбранного Бойней, до сих пор идут. Может быть это Панацея — шестая, а может быть она знает, кто это. Например, Слава. В крайнем случае поднимем вопрос: что за чума такая есть у Ампутации, которая заставит героев играть по правилам Девятки?
— Значит, я не смогу проверить собак и остальную свою территорию.
Мрак посмотрел на меня. Следует ли мне сдаться, сказав, что мы вызовем Генезис, и сделать всё как хочет Сука? Или следует заставить её согласиться, и, тем самым, возможно, разозлить? Как ни странно, я склонялась ко второму варианту. Сука лучше реагирует на жёсткость.
— Она на территории Баллистика, это рядом. Пять минут туда, пять минут на разговор, и пять минут обратно, — ответила я.
— Минут на пятнадцать задержимся, — заметил Мрак. — Всё, что мы узнаем о Девятке и их кандидатах, может помочь нам, Рэйчел.
Сука насупилась:
— Да похуй.
Я расценила это как согласие и развернула Люси. Окриком заставила её двигаться. Телефон держала в руке, ожидая звонка Лизы.
Впрочем, звонок не понадобился. Панацея нашла меня раньше, чем я заметила её. Точнее, она засекла моих насекомых до того, как я обнаружила её. В городе полно мух, и большинство людей не замечает, когда насекомые садятся на них, особенно — если садятся только на одежду. Я привычно использовала насекомых для поиска оружия или масок на людях вокруг, проверяя здание в трех кварталах от нас, одна из мошек коснулась Панацеи.
Она, должно быть, поняла, что это не обычное насекомое, и, точно так же, как во время ограбления банка, использовала свою силу, чтобы подделать поступающую от насекомых информацию.
Не дожидаясь, пока воздействие Панацеи выведет меня из строя, я направила стрекоз — те подхватили отравленных мух и убили их, разодрав на куски.
Когда мы прибыли, Панацея, скрестив руки, уже ждала нас в переулке. Её тёмные волосы были заправлены под армейскую сетчатую кепку, низко надвинутую на голову.
Она выглядела истощённой, вымотанной. У неё был столь же опустошённый взгляд, как у её сестры и тёти в день нападения Губителя.
— Я вижу, ты привела с собой ещё двух всадников апокалипсиса. Где четвертый?
Я покачала головой:
— Всадники апокалипсиса?
— Неважно.
Я спрыгнула со спины Люси:
— Просто хочу поговорить.
— Я не могу убежать от этих собак, у вас численное преимущество и наверняка есть оружие. Думаю, мне нечего вам противопоставить.
— Хорошо, — сказала я. — Потому что, как я и сказала, я всего лишь хочу поговорить. Я могу убрать оружие, если тебе так будет проще.
— В этом нет необходимости.
Она шагнула немного назад, и мне показалось, что Панацея готова пуститься наутёк. Мы наверняка сможем её поймать, но это разговору скорее навредит. Любой возможный диалог из беседы превратится в допрос.
— Ладно. Мрак, Сука, дадите нам поговорить? Оставайтесь на расстоянии крика.
— Конечно. Ты проверяешь окрестности?
— Ага. Пока никаких проблем.
Он кивнул, и оба направили своих собак в сторону.
— Что происходит? — спросила Панацея.
— Это то, что я хотела спросить. Почему ты в убежище, Панацея?
— Не называй меня так.
Я подняла руки, чтобы остановить её:
— Ладно. Почему ты в убежище, Эми?
— Каким боком это тебя касается?
— Потому что двое из моих товарищей были выбраны Девяткой, и Джек Остряк запустил свою версию “Последнего Героя” с кандидатами в качестве игроков.
— “Последнего Героя”?
