А почему бы не попробовать прямо сегодня?
Поначалу он собирался просто провести разведку, но что мешает ему взять и немедленно довести задуманное до конца? Она дома и, скорее всего, отправится на работу в свое обычное время. А чем меньше он будет шастать по кварталу, тем лучше.
Он осмотрел арбалет, смазал жиром тетиву и аккуратно стер излишки.
Затем произвел с десяток выстрелов по слабо освещенной мишени в форме поясной человеческой фигуры, прикрепленной на расстоянии примерно пяти метров (видимость была не очень хорошая, но примерно такая же, какая должна быть возле лестницы в подъезде). Целился он в шею и в голову. Результаты проб его удовлетворили, и он собрал использованные болты.
Затем лег на раскладушку и заснул. Проснулся он в пять утра.
Завтракать не стал — только выпил немного воды. Он чувствовал себя свежим, бодрым и полностью собранным. Проверил тетиву арбалета и вместе с двумя болтами сунул его в накладной карман своей военной куртки. Надел шлем, натянул перчатки и вывел из гаража мотоцикл.
В этот ранний час на улице веяло прохладой. Движения на дорогах практически не было.
Получасом позже он остановился на углу улицы и подошел к подъезду. Нужная комбинация оказалась тридцать четвертой по счету: В-7-4-2-7. На ее подбор у него ушло меньше двух минут.
Он вошел в подъезд и направился в глубину холла.
Оттуда он проник в крошечный дворик, где росло несколько кустов, стояли два огромных мусорных бака на колесиках и хранились велосипеды и детские коляски. Во дворик выходили еще две двери.
Он дернул первую — заперто. Дернул вторую, и та легко открылась. За небольшой площадкой начиналась лестница, ведущая на второй этаж. Черный ход, догадался он.
Возможный путь отступления?
Он быстро взобрался на седьмой этаж и попал в узкий коридор, который вел через крытый переход в соседнее здание. Он заколебался, но время у него еще было, и он решил продолжить разведку. Прошел коридор до конца и спустился вниз по другой служебной лестнице. Внизу нашел еще одну дверь и проник в подъезд, выходивший прямо на улицу. Он покинул здание и пешком пошел вокруг квартала, считая шаги. Спасительный выход располагался в сотне метров от того места, где он собирался привести в исполнение свой план. Отлично. Он правильно поступил, остановив свой выбор на медсестре. И правильно сделал, что захватил с собой арбалет.
Он снова сел на мотоцикл, немного отъехал и оставил его поближе к подъезду, из которого должен был выйти. Затем двинулся к подъезду медсестры.
Еще раз набрал код, вошел, пробрался во дворик и сел на землю, спрятавшись за одним из кустов, откуда открывался хороший обзор. Положив рядом с собой шлем и перчатки, достал арбалет, натянул тетиву и зарядил одним из болтов. Второй лежал в кармане.
Теперь ему оставалось только ждать. Он посмотрел наверх. Он был уверен, что его не видно. Во дворик выходили только самые узкие окна, очевидно, туалеты. А кому придет в голову выглядывать из окна туалета в пять часов утра?
Сабина Рену застонала во сне и протянула руку к будильнику. Она ненавидела рано просыпаться и ставила будильник на самый последний момент. С вечера доставала из шкафа чашку и засыпала в фильтр молотый кофе, так чтобы утром просто нажать на кнопку. Пока кофеварка работала, она принимала душ и одевалась — чистая одежда тоже была у нее приготовлена с вечера.
Она более или менее просыпалась, только допив кофе. Затем надевала куртку и запирала за собой дверь. Уборкой и стиркой она занималась раз в неделю, обычно по субботам, иногда — по понедельникам, если выпадали воскресные дежурства и сын ночевал у няни. К счастью, в ее двухкомнатной квартире было не так уж много барахла (если не считать дней, когда у нее гостили мать или сестры), так что этого вполне хватало.
Как правило, она выходила из дому самое позднее в шесть часов. Сейчас, в отсутствие сына, у нее были лишние полчаса.
Унизительный эпизод с несостоявшимся свиданием она задвинула на самую дальнюю полку сознания, однако сегодня ей приснилось, что она все-таки встретилась с этим мужчиной и он вполне убедительно объяснил ей, почему не смог прийти в кафе. Почему же? Этого она не помнила, зато помнила, что во сне с легкостью простила его. Воспоминание пробудило в ней утихшее было чувство унижения. Нельзя же, в самом деле, быть такой дурой! Она спустилась на первый этаж и тут услышала, как кто-то окликает ее по имени. Мягкий мужской голос. Тот же голос, который она слышала по телефону. Видно, кофе не подействовал. Она все еще спит. Она обернулась.
И увидела на темном фоне дворика высокую фигуру. Кудрявые волосы. Черты лица разглядеть не удавалось, но все же…
Мужчина поднял руку, в которой держал какой-то странный предмет. Что это? Она услышала сухой щелчок, и в тот же миг горло ей обожгло болью. Она не понимала, что происходит. Выронила сумку и поднесла к горлу руку. Ее пальцы коснулись какого-то непонятного выступа, которого там просто не могло быть. Одновременно с этим ей на блузку хлынул горячий поток.
