Креветки были толстыми, сладкими и нежными — таких я никогда не пробовала. На мгновение мне показалось, что мы и в самом деле в Гонконге. Я поедала одну креветку за другой, и на тарелке росла горка пустых панцирей.
На стол поставили большие блюда с плоскими лопатками незрелого гороха и рыбой соль, приготовленной целиком на пару с добавлением имбиря. Диана заказывала моллюсков в соусе из черных бобов и крошечными свиными ребрышками, панированными в рисовой муке. Мы ели густую рисовую кашу конжи, сдобренную имбирем, она была такой горячей, что положенная сбоку сырая рыба доходила в ней до готовности. Мы клали в рот мягкие утиные крылышки, из которых легко выскакивали косточки, и чувствовали вкус грибов, соевого соуса, имбиря, аниса и вина. Эти ощущения волнами проходили по телу, наполняя до кончиков ногтей. На десерт мы взяли пирожные в виде сердечек, заполненные сладкими яичными желтками, а затем — хрустящие шарики из кунжута. Они таяли во рту, и оставалась масса, которую можно было долго жевать. Мне это казалось похожим на фокус.
За столом говорили мало — просто ели и следили за проезжавшими тележками.
— Я так счастлива, — вздохнула Диана, когда наши тарелки опустели. — Мне очень приятна была ваша компания. Пожалуйста, будьте моими гостями.
— Это исключено, — возразила я.
— Но мне это доставило бы большое удовольствие, — сказала она.
Я не знала как остановить это препирательство, но вдруг меня осенило:
— Мне хочется попросить вас о большом одолжении.
— Да? — подняла бровь Диана.
— Я хочу заказать банкет, и мне нужна ваша помощь.
Бровь опустилась. Когда я объяснила цель банкета, она слегка улыбнулась.
— Председатель корпорации «Нью-Йорк таймс»? — выдохнула она. — Такое предложение делает мне честь.
Я и позабыла, что китайцы глубоко уважают статус. Когда Диана призвала официанта и попросила подать счет и пригласить менеджера, занимающегося организацией банкетов, она вела себя как королева.
Менеджер остановился возле нашего стола. Он был молодой, энергичный, волосы зачесаны назад, на смокинге ни складочки, рубашка накрахмалена. Снисходительная улыбка означала, что мы должны быть благодарны за то, что он уделил нам внимание.
Диана окинула его холодным взглядом. В ее голосе звучали властные ноты, которых мы от нее еще не слышали. Менеджер сунул руки в карманы и ответил нарочито небрежно.
Лицо Дианы стало ледяным, а голос — резким. Менеджер обратил на нее внимательный взгляд. Она сказала ему что-то еще суровее, и он выпрямился. По прошествии десяти минут он вынул из кармана карточку, и из его фигуры исчезло все самодовольство.
Диана взглянула ка карточку и подала ее мне.
— Дайте теперь ему вашу визитку, — сказала она мне совсем другим голосом.
Было заметно, что она устала и готова уходить. Менеджер почтительно принял мою визитку и сказал, осторожно произнося английские слова:
— Обещаю вам, дамы, что этот банкет все надолго запомнят.
Диана кивнула в знак того, что он может уйти, и он помчался, пока она не передумала.
— Что вы ему сказали? — спросила я у Дианы.
— Я начала с того, что вы хотите устроить банкет очень важным людям. Дюжине гостей — я не ошиблась?
— Не знаю, — призналась я. — Но, должно быть, что-то близко к этому.
— Он спросил, хотите ли вы истратить триста долларов.
— Это слишком дешево!
— Оскорбление, — сказала она и прищелкнула пальцами. — Поскольку переговоры находились в начальной стадии, я ответила очень небрежно: «О, мы можем потратить больше. Возможно, даже пять или шесть сотен долларов». Потом я сделала паузу и сказала так тихо, что он попросил повторить. «Они могут истратить восемьсот восемьдесят восемь долларов». Мои слова произвели на него большое впечатление. Это великое число, и цифра «восемь» является для нас счастливой. Он понял, что я — серьезный клиент.
— Что он на это сказал? — заинтересованно спросила я.
— О, он был потрясен. Он сказал: «Хорошо, мы приготовим салат из омаров».
У меня вытянулось лицо.
— Салат из омаров? Кому нужен салат из омаров?
Диана рассмеялась.
— Пожалуйста, не расстраивайтесь, — сказала она. — Мы продолжили переговоры. Конечно, я сказала ему, что мы не это имеем в виду. Я сказала, — и в ее голосе послышались презрительные нотки, которые она использовала в разговоре с менеджером, — «Похоже, в вашей кухне нет поваров, способных нарезать овощи. Очень плохо. А я-то думала, что это — приличный ресторан. Ну что же, придется обратиться в другое место».
— А он что?
— Он тут же стал возражать. Да, конечно, — сказал он, — их люди умеют нарезать овощи. А потом я сказала, что согласимся на банкет, только если готовить его будет сам шеф-повар. Я сказала: нам нужен человек, который понимает, как следует обращаться с важными людьми.
— И что он ответил?
