Ведущий допрос и компьютер должны были работать почти на бессознательном уровне. Он прекрасно бы справился с таким заданием, если бы ему вживили имплантант и дали несколько месяцев подготовки, но, как всегда, снова опоздал. Только тот, кто имел длительный опыт коммуникативной связи мозг-компьютер, мог одолеть все трудности допроса «мозг в мозг».
Единственным кандидатом на роль следователя в «Песчаном Замке» оказался капитан Дэвид Хоули. Но ему надо было собрать всю силу воли, чтобы удержать враждебную информацию, полученную от шпиона, и затем воспроизвести ее. Сможет ли Хоули справиться с Эдвардом Барнеттом? Или он так долго уходил от реальности и избегал ответственности, что превратился в старую развалину?
Фрейзер выключил терминал, поднялся со стула и направился к двери. Заглянув в соседний кабинет, он спросил.
– Ну и каков ваш вердикт, доктор?
Рамирес поднял глаза от монитора.
– Физических отклонений я не обнаружил, – медленно ответил он. – Состояние капитана Хоули удовлетворительное. Но предстоит… незнакомая ему работа. Недостаточно формальной подготовки и опыта в технике ведения подобного допроса. Я бы предложил для начала небольшой, скажем, десятиминутный сеанс. Тогда будет ясно, как капитан справится с нервным перенапряжением.
Умрем, но не сдадимся!
Дэвид Хоули резко отшатнулся назад, и его связь с мозгом Барнетта внезапно прервалась. Пот пропитал рубашку капитана, ручьями струился по лицу. Ему стало невыносимо жарко. Он не мог припомнить, чтобы когда-либо чувствовал себя столь изможденным.
Нет… он все же вспомнил. Такое происходило с ним много лет назад, в день, когда он повел своих солдат на последнюю страшную битву с убренфарами. Сегодняшнее интеллектуальное столкновение с Барнеттом, пожалуй, можно было сравнить с накалом страстей в том потерявшемся в пучине времени бою. Воспоминания, казалось, навеки похороненные, рвались наружу, затмевая Страну Грез, куда уводил его вживленный в мозг имплантант.
В тех битвах и победах не было бодрящей радости. Он совсем было позабыл это чувство, снова и снова погружаясь в призрачный мир компьютерных боевиков, в надежде вновь ощутить его, не соприкасаясь с мрачной стороной войны. Только теперь Хоули осознал, что именно эта, кровавая оборотная сторона и делала ощущения такими острыми.
Бурный поток мыслей и чувств оборвался в одно мгновение. Хоули открыл глаза. Фрейзер и Рамирес озабоченно смотрели на него.
– Компьютер… прервал сеанс, – запинаясь, проговорил старик. После навязанного машиной темпа телепатического допроса капитану трудно было говорить громко.
Фрейзер кивнул.
– У нас тревога, сэр, – сообщил он. – Вблизи «Песчаного Замка» замечены огромные полчища кочевников. Нам с доктором необходимо отправляться на место действия. И Гарсии – тоже.
– Хорошо. Я присоединюсь к вам, дайте только прийти в себя… – Хоули попытался встать, но комната медленно поплыла перед его глазами.
– Нет, нет, сэр, вам нужно полежать, – остановил его Фрейзер. – Доктор Рамирес даст вам успокаивающее. Отдыхайте.
Хоули попытался воспротивиться, но Фрейзер поднял руку.
– Капитан, даже очень опытным следователям, согласно инструкции, необходим некоторый период для восстановления сил. – Помолчав немного, он спросил: – Мы не успели сделать все расшифровки. Что вы сумели узнать у него?
Хоули поморщился, вспоминая.
– Этот ублюдок оказался чертовски упрямым, Фрейзер. Я сумел выжать из него не так уж много. Но он действительно работал на тоэлджуков и кочевников. Похоже, просто продался им за деньги. Замыслы у него довольно гнилые. Он не собирался задерживаться в «Морферм» надолго, несмотря на всю его показную преданность компании…
– И такие, как он, еще смеют называть нас наемниками, – тихо пробурчала Гарсия, сидящая у компьютера.
– Я мог вот-вот узнать место расположения их штаба, когда компьютер внезапно прекратил контакт, – продолжал Хоули – Барнетту известно, где они окопались – тоэлы и Хоор. Но, чтобы выяснить это, понадобится еще один-два сеанса.
– Вы проведете их, – пообещал Фрейзер. – Но теперь вам нужен только отдых… а нам пора заняться неотложными делами.
Он кивнул Рамиресу, и врач подошел, держа в руке шприц с транквилизатором. Доктор сделал инъекцию, и Хоули почувствовал, как по телу растекается приятная теплота.
– Как бы я хотел… быть там… вместе с тобой, сынок, – услышал он собственный голос. И удивился, поскольку понял, что впервые за много лет позволил себе быть искренним.
– Гранатами! Прицельный огонь! – крикнул Нармонов.
Легионеры, занявшие позиции по всей длине парапета, сменили обычное оружие на мини-гранатометы, обстреливая поверхность воды под восточной стеной «Песчаного Замка». Одиночные выстрелы не нанесут большого урона врагу, но позволят на какое-то время сдержать его.
