Изменяя мир вокруг себя готовься к тому, что события пойдут по иному пути. Нет ничего постоянного кроме жажды наживы у собравшихся вокруг Российской империи шакалов. Если не получается свалить Россию прямым ударом, враг начинает шатать общество изнутри. Выстрелы револьверов, взрывы бомб, стачки и бунты в период государственной нестабильности все это давно знакомо человеку из двадцать первого века. Так что будь готов держать власть в кулаке, либо уходи вместе со страной на свалку истории.
Густой черный дым за окном, как и протяжный гудок паровоза предупреждали о приближении к конечной цели. И правда, через несколько минут показался вокзал Симферополя, где как я надеялся, нам предоставят все необходимое для дальнейшего передвижения. К сожалению, железная дорога до Ялты так и осталась в планах или в чьих-то карманах.
Отличие нашего поезда от остальных направляющихся на юг империи в пассажирах, что были сплошь военными и на каждой станции жандармы совали под нос железнодорожному начальству документы о неразглашении. В это время, бойцы наблюдали картину, как молодые люди с женщинами гуляли по перрону, как будто и нет войны с химическими атаками, артобстрелами и жуткой штыковой. Жизнь никогда не заканчивается.
Как ни странно, у штурмовиков не было злости на картину мирной жизни. Шутки, свист в сторону особо понравившихся дам, но не обида на жуткую несправедливость. Что не скажешь про отношение к встречающей нас делегации, состоящей из большого количества лощеных офицеров с блестящими орденами.
— Ваше императорское высочество, позвольте от лица всех жителей Симферополя приветствовать вас на этой благословенной земле. Горожане приготовили подарки по случаю вашего приезда. Прошу оказать нам честь присутствовать на званном вечере, — едва заметно склонил голову глава делегации.
Генерал-майор Свиты и действующий губернатор Таврической губернии Княжевич Николай Антонович встречал меня при полном параде. Георгиевское оружие на поясе, блестящие на солнце ордена все как полагается. Не дать, не взять герой войны. Так ли это на самом деле у меня нет времени узнавать. Но один из Княжевичей, командующий Лейб-гвардии Уланским Ее Величества полком был вполне достойным сыном Отечества и, можно сказать, спас мне жизнь.
— Благодарю за теплый прием, Николай Антонович, но, к сожалению, война вносит свои коррективы в наши желания, и я не смогу задержаться в Симферополе. Перейдем к делу. Запрошенные машины подготовлены?
— На данный момент смогли изъять два автомобиля Форд. Прошу меня простить, ваше императорское высочество, но на всем полуострове зарегистрировано менее полусотни автомобилей из них грузовых семь единиц, которые переданы в помощь флоту. Предлагаю вам задержаться в Симферополе, и возможно завтра ситуация изменится, — несколько нервно произнес губернатор.
Перспектива пешего марша в такую жару меня не вдохновляет, как и истинная причина нервозности генерала.
— Признайтесь, нас ждут?
Княжевич дернул щекой и, повернув голову, заметил бойцов с оружием в руках. Время уговоров и разговоров закончилось. К тому же человек побывавший на войне правильно оценивает риски и понимает, когда с ним не шутят.
— Есть высокая вероятность подобного исхода. До роты нижних чинов неделю назад направились в горы по дороге в Ялту. Офицеры неместные, не знаю откуда к нам прибыли, но имели при себе внушительные бумаги.
— Чья подпись была на бумагах?
— Ее императорское величество Александра Федоровна в письме указывала оказать полное содействие просителям, — взял себя в руки губернатор.
Ничего не понимаю. Если с Рузским и его взглядами все понятно, то с императрицей еще придется разобраться. Кто в здравом уме, когда у нас отличные позиции на фронте, пойдет против Ставки… Указывать она вздумала.
— Благодарю за сотрудничество. Вам это непременно зачтется, Николай Антонович. В таком случае мы продолжим движение до Севастополя. Распорядитесь, чтобы нас не задерживали.
— Слушаюсь!
Может быть подобный исход и к лучшему. Качество горных дорог сейчас вызывает большие сомнения, как и марш под обстрелом. В этом плане морское путешествие имеет немало плюсов. Особенно если учитывать общий залп линкоров и расстояние от дворца до моря. Заодно прекрасная возможность посетить базу Черноморского флота и познакомиться с адмиралом Эбергардом.
В Севастополе к моему приезду подготовились лучше. И за короткое время смогли организовать образцовую встречу высокого начальства с почетной ротой и оркестром. Мой подвешенный статус в вертикали власти выводит из себя педантов протокола. Остается встречать, как великого князя.
— Сразу направимся в штаб, — остановил я церемониал.
Все, кто окружал меня, со временем привыкали действовать решительно, без долгой раскачки. Разумная инициатива всегда… нет, инициатор мог получить поощрение и продвижение по службе. Патриархальное общество побурчит, но привыкнет. Деваться им с подводной лодки все равно некуда.
После знакомства с руководством штаба Черноморского флота мы остались с командующим наедине. Если не считать капитана Глебова, застывшего у двери и положившего руку на кобуру с револьвером. Что не осталось незамеченным адмиралом Эбергардом.
— Ваше импе… Дмитрий Павлович, — исправился после моего взмаха рукой адмирал. — Вы нам очень помогли своим письмом. И как понимаю, не просто так приехали в Севастополь. В свою очередь, чем я могу быть вам полезен?
Эбергард в отличии от прошлой истории сейчас на коне. Как же потопил Гебен.