– Так он говорит. Он сам ее никогда не видел, но если верить его друзьям, построить ее было нелегко. Но он знает, где база, и еще он говорит, что их крупнейший корабль, правда, неизвестно какой, сейчас, скорее всего, в системе Эндикотта.
– Да? – наклонилась к нему Хонор. – А почему?
– Он что-то лепечет про то, что они буксируют сюда ЛАКи, – ответил Клинкскейлс, и Хонор удивленно распахнула глаза.
Она никогда ничего подобного не слышала! Но это вовсе не значит, что это невозможно, – и теперь понятно, как они сюда попали. Но если у Масады есть современные корабли, то зачем они вообще тратят силы на перевозку примитивных ЛАКов?
– Насколько он уверен в том, что корабль ушел? – спросила она, отбросив несущественные вопросы. – И не знает ли он, когда он вернется?
– Он знает, что корабль собирался уходить, – сказал Клинкскейлс, – но не уверен, отсутствует ли он до сих пор. Мне пришло в голову, что его отсутствие объясняет, почему они до сих пор не напали. Если так, то их продолжающееся бездействие показывает, что корабль до сих пор не вернулся.
– Возможно, сэр, – проговорила она, потом взглянула на Трумэн и МакКеона. – С другой стороны, мы в системе уже двадцать шесть часов. Даже если этот корабль ушел перед самым нашим прибытием, ему пора бы уже вернуться. Если только… – Она потерла занемевшее лицо, потом снова посмотрела на Трумэн. – Элис, есть предположения, сколько занимает буксировка ЛАКов?
– Не думаю, что есть способ оценить время, самим не попробовав. Насколько я знаю, никто никогда такого не делал. Думаю, даже у них ничего не получилось бы, будь Ельцин и Эндикотт подальше друг от друга. А насчет того, сколько у них уйдет времени, – им придется двигаться потихоньку, но сказать точнее сложно. – Трумэн пожала плечами.
– Шкипер, многое зависит от того, что за корабль они используют как буксир, – добавил МакКеон. – Тут, думаю, очень важно соотношение масс, и еще им понадобится большая мощность силовых лучей, чтобы надежно захватить ЛАК.
Хонор кивнула, все еще потирая омертвевшую щеку, потом пожала плечами.
– Так или иначе, полезно даже просто знать, где они находятся. Если, конечно, информация надежная.
Она посмотрела на Клинкскейлса, и у того пугающе заблестели глаза.
– О, она вполне надежная, капитан, – уверил он ее леденящим тоном. – Они разместили базу на Вороне – это одна из лун Уриэля, – добавил он для Хонор.
Она кивнула. Логично. Уриэль, шестая планета звезды Ельцина, газовый гигант крупнее Юпитера в Солнечной системе, имел радиус орбиты почти в пятьдесят одну световую минуту и поэтому находился за пределами досягаемости любых грейсонских приборов.
– И как оборудована база? – резко поинтересовался адмирал Мэтьюс, и Клинкскейлс пожал плечами.
– Этого, адмирал, я не знаю, и пленный тоже – во всяком случае, не в деталях. – Советник достал старомодную аудиопленку. – Я принес запись всего, что он нам рассказал, на случай если ваши люди смогут лучше оценить данные. Точно он смог сказать только, что Маккавей… – старик упорно избегал называть Джареда Мэйхью по имени, – направил некоторые наши строительные корабли с маккавейскими экипажами, чтобы помочь в строительстве. К сожалению, его корабль там не был, но он слышал, как кто-то из других капитанов заметил, что у них там современные приборы. У них может оказаться и тяжелое вооружение с Хевена, хотя на этот счет он не уверен.
– Черт, – пробормотал кто-то с грейсонской стороны, а у Хонор напряглась правая половина лица.
– Не думаю, что они превратили Ворон в настоящую крепость, – немедленно отозвался Мэтьюс. – Разве что сумели сгенерировать защитную сферу вокруг луны диаметром в восемь тысяч километров. – Он вопросительно посмотрел на Хонор, и она покачала головой.
– Нет, сэр. Даже на Мантикоре пока еще не умеют творить чудеса, – ответила она невозмутимо.
– Тогда то, что у них есть, рассчитано только против нас. Они наверняка не устанавливали орбитальных платформ. Даже строительство лунной базы было риском, потому что мы проводим там периодические учения. Маккавей, – (как и Клинкскейлс, Мэтьюс отказывался называть Мэйхью по имени), – имел доступ к нашим планам, так что он мог их предупреждать, когда нужно прятаться, но они не могли рассчитывать спрятать от нас орбитальные конструкции.
Хонор кивнула, соглашаясь с его аргументами.
– А стационарная оборона куда уязвимее моих кораблей. – Она начала говорить быстрее и из-за этого менее разборчиво, но никто, похоже, не замечал.
– Именно. И если есть шанс, что большая часть хевенитской огневой мощи где-то еще… – начал Мэтьюс.
Хонор посмотрела на него, потом заметила, что все сильнее трет лицо. Она заставила себя остановиться, чтобы не повредить нечувствительную кожу, и решительно кивнула.
– Совершенно точно, адмирал. Когда ваши подразделения будут готовы выступать?
– Шкипер?
Томас Тейсман резко проснулся, и его старпом поспешно отошел от кушетки, а Тейсман сел и спустил ноги на пол.
– Что такое? – поинтересовался он хриплым спросонок голосом. – Это капитан?
