Когда открылась дверь в проеме показался отец Мэн Хао. Из-под его нахмуренных бровей даже в темноте можно было разглядеть недобрый блеск его глаз.
— Хватит придуриваться! Почему ты еще не в постели? На рассвете мы отправляемся в школу, чтобы встретиться с твоим новым учителем.
— Не пойду, — воскликнул Мэн Хао, немного попятившись, — я хочу в обычную школу! Все в городе будут смеяться надо мной!
— Мелкий паршивец, опять за старое?..
Мужчина внезапно рванул вперед и схватил Мэн Хао, который уже собирался дать деру. Он поднял его повыше и отхлестал несколько раз по попе. Хоть шлепки и были слышны на весь двор, Мэн Хао было не больно. С самого детства все их скандалы заканчивались одинаково. В огромном мире ему и его отцу приходилось рассчитывать только друг на друга. При любом разногласии отец только прикидывался суровым и строгим, но на самом деле он не мог заставить себя вкладывать силу в удар.
— Что хорошего в обычной школе?! — взревел он. — Тебе надо научиться уважать учителя и его учение! Тебе нужно обучиться этикету! Так ты пойдешь или нет?!
— Нет, — взвизгнул Мэн Хао, закатив глаза.
— Ах, ты!
Отец вновь занес руку, но его опередил Мэн Хао:
— Если ты пообещаешь никогда больше не навещать Румяный Персик, тогда я пойду... Можешь видеться с кем хочешь, но только не с ней!
Он начал всерьез опасаться, что в этот раз отец может задать ему серьезную взбучку. Отец Мэн Хао не знал то ли плакать, то ли смеяться. Он опустил руку и нежно потрепал волосы Мэн Хао.
— Твоя взяла. Ты растешь, и я вижу, что у тебя, малец, богатое воображение. Хорошо. Отныне я не стану навещать Румяный Персик и оставлю ее тебе. Когда вырастешь, я договорюсь, чтобы она стала твоей наложницей!
— Серьезно? — недоверчиво прошептал Мэн Хао.
— Почему ты еще не в постели?!
Сурово посмотрев на сына, он отпустил его. Мэн Хао прыгая от радости побежал в дом. Стрелой влетев в свою комнату, он сбросил одежду и запрыгнул в кровать. Этой ночью ему снились очень приятные сны.
Рано утром, когда небо только начало светлеть, отец вытащил сонного Мэн Хао из постели и начал его одевать. После его вчерашней эскапады неудивительно, что он совсем не выспался. Серьезное лицо отца светилось любовью и заботой, Мэн Хао редко доводилось видеть его таким. Он взял Мэн Хао на руки, как делал это, когда тот был еще совсем малышом. Его голова уткнулась отцу в плечо, и он заснул. Отец Мэн Хао взял заранее приготовленный для учителя подарок и вышел из дома.
Он шел по улице нетвердой походкой, всё-такие его сын сильно вырос. Через час он остановился у главных ворот дома знаменитого старца, живущего в восточной части города. Отец Мэн Хао разбудил сына и опустил его на землю. А потом он постучал в дверь и вошел во двор. Мэн Хао, зевая, остался стоять во дворе, поэтому он не видел, как его отец вошел в дом, почтительно поклонился и рассыпался в прочих любезностях.
Вскоре он вышел во двор вместе со стариком с белоснежными волосами. Несмотря на преклонный возраст, он буквально лучился энергией. Он держался статно и благородно, простолюдины так себя не вели. Больше всего привлекали внимание его глаза. В них была такая глубина, что казалось, где-то там в темноте горят звезды. Эти глаза могли заворожить кого угодно.
Старик взглянул на Мэн Хао. Его взгляд словно мог видеть все когда-либо прожитые жизни, и жизни, которые еще предстоит прожить. Этот взгляд, казалось, был способен пробиться сквозь туман и увидеть все три жизни[4]: прошлое, настоящее и будущее. Этот взгляд словно говорил, что вся жизнь юноши перед ним была ради одного момента: прийти сегодня сюда и, отдав три земных поклона[5], стать его учеником. Спустя довольно много времени старик слегка кивнул. Отец Мэн Хао посмотрел на сына и сказал:
— Наставник подобен отцу. Фан Му, я хочу, чтобы ты относился к наставнику даже с большим уважением, чем ты относишься ко мне! Если ты не сможешь этого сделать, тогда ты мне не сын!
С этими словами он ушел.
[1] Обр.: очаровательные, прелестные. — Прим. пер.
[2] Имеется ввиду классическая частная школа, когда старые китайские семьи, кланы или учителя организовывали приватную школу. В ней обычно был всего один учитель, который обучал детей по индивидуальной программе, в ней не было учебных пособий или учебников, как и разделения на учебные года. — Прим. пер.
[3] Аналог современного полицейского, они отвечали за поимку преступников в древнем Китае. — Прим. пер.
[4] 三生 или "три существования", о которых я писал в 274 главе, еще можно перевести, как "три жизни". — Прим. пер.
[5] Китайские земные поклоны на Древней Руси назывались «бить челом» или «пасть ниц», т.е. упасть на колени и склонить голову. Выглядит он вот так. — Прим. пер.
Мэн Хао пораженно смотрел в след уходящему отцу. Он уже и забыл, когда последний раз видел отца настолько серьезным. Суровый тон его голоса вмиг изгнал остатки сонливости.
— Наставник подобен отцу...
