После убийства Досана и смерти Ёситацу в провинции Мино возникли серьезные беспорядки. На судьбе Короку это отразилось не лучшим образом. Жалованье, которое он получал при жизни Досана, перестали платить с тех пор, как Ода выставил заставы на всех дорогах из Овари в Мино. Но и теперь Короку не хотел отступаться от своих давних обязательств. Враждебность его к клану Ода усиливалась с каждым днем. В последние годы он тайно поддерживал перебежчиков из лагеря Нобунаги и постоянно подстрекал к бунту в провинции Овари.
– Я привел его, господин, – произнес подданный, приближаясь к дому.
Шестеро ронинов на всякий случай окружили вошедшего в сад Токитиро.
Короку мрачно посмотрел на него.
– Подойди! – властно сказал он.
Человек, представший перед Короку, выглядел просто, кратким было и его приветствие:
– Сколько воды утекло с тех пор!
Короку пристально посмотрел на него:
– Нет сомнений, Обезьяна! Ты не очень изменился за эти годы.
Короку имел в виду не лицо Токитиро, а его облик в целом. Он отчетливо вспомнил ту ночь на реке Яхаги десять лет назад, когда Токитиро в грязных обносках, измазанный глиной спал в лодке. Когда мальчика разбудили, он удивил всех напыщенной речью и боевым духом. Потом при свете фонарей увидели, что перед ними странного вида подросток.
Токитиро заговорил почтительно, не желая подчеркивать, как изменилось его положение с тех пор, как он расстался с Короку.
– Боюсь, что в последние годы я не уделял вам должного внимания. Отрадно видеть вас, как обычно, в добром здравии. И господин Камэити, верно, совсем большой… Супруга ваша, надеюсь, здорова? Такое ощущение, будто десятилетней разлуки как не бывало.
Оглядывая деревья в лесу и дом, Токитиро взволнованно начал вспоминать о том, как набирал воду из каменного колодца, как хозяин бранил его, как он носил на спине маленького Камэити и ловил для него цикад.
Короку, однако, не пускался в воспоминания о былом, а только не сводил глаз с Токитиро, и когда наконец заговорил, тон его был резким.
– Обезьяна, – намеренно обратился он к гостю с презрительной кличкой, – стал ли ты самураем?
Вопрос был лишним, достаточно было одного взгляда на одежду Токитиро. Тот, однако, не смутился:
– Да. Вам, должно быть, ясно, что я получаю скудное жалованье, но самураем вот-вот стану. Надеюсь, вы рады. Я проделал утомительное путешествие из лагеря в Суномате отчасти и потому, что хотел порадовать вас своим новым положением.
Короку натянуто улыбнулся:
– Хорошие времена настали, не так ли? Нашлись люди, подобравшие на самурайскую службу даже такого, как ты. Кто твой господин?
– Князь Ода Нобунага.
– Этот невежа?
– Честно говоря… – Токитиро изменил тон. – Я слишком увлекся описанием своей жизни, но сегодня меня зовут Киносита Токитиро и прибыл я к вам по приказу князя Нобунаги.
– Значит, ты гонец?
– А что это мы на пороге? Простите, но я войду в дом!
Не дожидаясь хозяйского приглашения, Токитиро снял сандалии, поднялся на веранду, где сидел Короку, и опустился на почетное место.
Короку, громко хмыкнув, не тронулся с места. Он нехотя повернулся к гостю и произнес:
– Обезьяна?
Токитиро прежде откликался на это имя, но сейчас предпочел промолчать. Он молча уставился на Короку, который неожиданно начал осыпать его насмешками:
– Ну, Обезьяна, что примолк? До сих пор ты разговаривал как простой человек. Ждешь почета как гонец Нобунаги?
– Непременно.
– Тогда убирайся прочь! Слышишь, Обезьяна! Пошел вон!
Короку спустился в сад. Голос его звучал грозно, а в глазах горел опасный огонек.
– Твой князь Нобунага может считать Хатидзуку своей вассальной областью, но почти вся земля Кайто находится в моей власти. Не стану напоминать, что ни я и ни один из моих предшественников не брали у Нобунаги ни зернышка риса. Не ему держаться со мной как со своим подданным. Глупость какая! Уходи, Обезьяна! Осмелишься еще раз нагрубить мне, так я тебя убью! – Пристально посмотрев на Токитиро, он продолжил: – Доложи Нобунаге: что мы с ним равны. Если у него есть дело ко мне, пусть приезжает сам. Понял, Обезьяна?
– Нет.
– Что?
– Стыдно слушать вас. Вы – лишь вожак шайки неотесанных разбойников!
– Что? Да как ты смеешь!
Короку подошел к Токитиро, угрожающе опустив руку на рукоять меча.
– Повтори, Обезьяна!
– Сядьте.
– Заткнись!
– Прошу вас, сядьте. Мне нужно кое-что сказать вам.
– Я приказал тебе замолчать!
– Хочу доказать вам, насколько вы грубы, и научить кое-чему. Садитесь.
– Ты…
– Погоди-ка, Короку. Если ты хочешь убить меня, то лучше места не найти, но стоит ли торопиться? Тебе никто не помешает. Если ты убьешь меня сию минуту, кто преподаст тебе урок?
– Ты… Ты совсем сошел с ума!
– Сядь! Не упрямься! Не важничай. Я хочу сказать тебе не только о князе Нобунаге и о его отношениях с кланом Хатидзука. Начнем с того, что вы оба живете в одной стране – в Японии. Ты утверждаешь, что князь Нобунага не является владыкой всей провинции. Разумные слова, я с тобой согласен, но ошибаешься ты в другом, считая Хатидзуку наследственным владением. Глубокое заблуждение!
– Что ты сказал?
