«С этой встречей повезло», – обрадовался в душе Хидэёси.
Получив назначение на пост коменданта крепости Суномата, он повсюду искал одаренных людей, стремясь привлечь их на службу. Хидэёси не принимал опрометчивых решений, а внимательно присматривался к человеку, и если тот внушал ему доверие, то сразу же брал его на службу. А поручения давал ему лишь после того, как узнавал человека получше. Точно так же он действовал и выбирая себе жену. Хидэёси обладал даром отделять истинное от ложного.
– Неужели вы хотите, чтобы ваш сын потратил всю жизнь на охоту и торговлю углем? Доверьте Москэ мне. Понимаю, сын – единственное ваше богатство. Меня зовут Киносита Хидэёси. Мой ранг невысок, но я вассал князя Оды Нобунаги. Жалованье мое невелико – как говорят, с одним копьем против всего мира. Не хочешь ли ты поступить ко мне на службу, Москэ?
– Кто? Я? – Москэ широко раскрыл глаза.
Мать заплакала от радости.
– Если сын достоин служить клану Ода, то мой муж, павший на поле брани от руки презренного врага, был бы счастлив. Москэ! Соглашайся и восстанови честь отцовского имени.
Москэ без раздумий поклялся в верности клану Ода.
– Мы пытаемся проникнуть в крепость Инабаяма с тыла. У нас есть схема, но мы не нашли нужную тропу. Первое поручение не простое, но ты должен его выполнить. Я рассчитываю на тебя. – Хидэёси протянул Москэ карту.
Взглянув на нее, он вернул листок Хидэёси:
– Понятно. Вы не проголодались? Или у вас достаточно припасов?
Хидэёси и его спутники, не предполагая, что собьются с пути, взяли с собой немного еды.
– До крепости два с половиной ри, но лучше запасти еды побольше, чтобы на два раза хватило.
Москэ быстро приготовил рис с просом и маринованные сливы на десятерых. Взвалив котомку с припасами на плечо, он прикрепил к поясу отцовский меч.
– Матушка, я ухожу, – сказал он. – Сражение – прекрасное начало для самурайской службы, но, может, мы прощаемся с тобой навсегда. Если мне суждено пасть в бою, пожалуйста, не плачь по мне.
Пора было в путь, но матери с сыном, конечно, трудно расставаться. У Хидэёси заныло сердце при виде этого прощания. Он вышел из хижины и окинул взглядом кромешно-черные горы.
Москэ был уже во дворе, но тут мать окликнула его. Она протянула сыну флягу:
– Набери воды, путь долгий.
Хидэёси одобрительно кивнул, воды у них было мало, а родники в скалах попадались редко. Чем выше они поднимались, тем меньше находили источников воды.
Отряд подошел к утесу. Москэ закинул веревку на дерево, зацепил ее возле корней и первым взобрался наверх. За ним последовали и остальные.
– Тропа отсюда круто уходит вверх, – предупредил Москэ. – Около сторожевого домика у пещеры Акагава нас могут заметить часовые.
Теперь Хидэёси понял, почему Москэ едва скользнул взглядом по их карте. Он знал гораздо больше того, что сообщала она. В Москэ проглядывало что-то детское, но он был серьезным, что высоко ценил в людях Хидэёси.
Воду из фляги поделили на десятерых, и разгоряченные тела воинов покрылись потом.
– Мы так устали, что вряд ли в состоянии достойно сражаться. Не поспать ли нам немного? – сказал Москэ, вытирая лоб.
– Неплохо бы, – согласился Хидэёси и тут же спросил, далеко ли до крепости.
– Вот она, внизу. – Москэ указал рукой на открывшуюся перед ними долину.
Воины радостно зашумели, но Москэ утихомирил их взмахом руки:
– Тише! Ветер может донести голоса до крепости.
Хидэёси окинул взглядом долину, которая в обрамлении темных деревьев казалась зеленым озером. Вглядевшись повнимательней, Хидэёси различил очертания крепостных стен, сливающихся в единую оборонительную линию с утесами, бастионы и что-то вроде большого амбара за деревьями.
– Мы сели врагу прямо на голову. А теперь спать до рассвета!
Они улеглись на землю. Москэ обмотал полотенцем опустевшую флягу и положил ее под голову своему господину. На сон оставалось часа два, но Москэ бодрствовал на страже.
– Пора! – окликнул он Хидэёси.
– Что случилось? – поднял тот голову.
– Светает. – Москэ указал на восток.
Ночное небо понемногу окрашивалось белым. Облака затянули горные вершины, а долина за крепостью Инабаяма тонула во мраке.
– За дело! – сказал один из воинов.
Они проверяли оружие и подгоняли доспехи.
– Не торопитесь! Сначала позавтракаем, – сказал Хидэёси.
Когда солнце вышло из-за туч, они доедали приготовленную Москэ еду. Воды не было, но рис с просом в дубовых листьях был необыкновенно вкусным.
Туман в долине рассеялся, и воины увидели укрепления и подвесной мост через ров. Мост был увит виноградом, а крепостную стену покрывал густой зеленый мох.
– Где сигнальный факел? – спросил Хидэёси. – Дайте его Москэ и научите управляться с ним.
Хидэёси проверил, освоил ли Москэ факел, а затем сказал:
– Спустимся здесь, чтобы срезать дорогу. А ты оставайся тут. Как только услышишь крики, поджигай. Понял? Не зазевайся.
– Ясно.
Москэ встал рядом с факелом. Ему, конечно, не хотелось только наблюдать за тем, как его господин с отрядом спускается в долину. Хорошо бы с ними пойти. Небо затянули грозовые тучи, а туман в долине рассеялся. Сверху видны были просторы от Мино до Овари.
