Петра, конечно же, знала, что только многократное прохождение Арки даёт способность привнести в удовольствие обжигающую остроту смерти, отправить женщину за грань жизни и вернуть, напрочь снося разум в недоступное простым людям состояние Тёмного Экстаза, позволяющее лицезреть Богиню. Но несколько раз, в исступлении от экстаза простого, она, забывшись, всё же просила Кледа её придушить. Тот вроде и удовлетворял её просьбу, но сугубо символически — нужная граница попросту не была пока сломана в его собственной голове.
В общем, с Арматом ему было не сравниться. Несмотря на превосходство в чисто человеческом умении доставить наслаждение. Так что после каждой ночи с ним оставалась и толика досады. Тщательно скрываемой, поскольку парень в ней был совершенно не виноват. И всё равно, это было лучше, чем Петра надеялась испытать за остаток жизни. Особенно, если учесть, что ещё один Тёмный Экстаз мог попросту оную оборвать.
Однако, чтобы её маленькие радости не помешали делу, надо будет всё же собрать своих телохранителей и десятника вместе на «совещание штаба» перед отъездом в попытке наладить рабочую сплочённость или хотя бы её зачатки.
Позавтракав, Аина заступила на пост. Фиолетовый палантин Кледа был на месте — висел на двери, продетый в обе ручки: изнутри и снаружи, уплотняя сцепление створок. Красивая вещь — цвета ночного неба.
Увидев её в первый раз, девушка решила, что она принадлежит баронессе, но Воин Смерти забирал её с собой, когда уходил. Даже интересно стало, откуда у Наречённого — сироты, проведшего бог знает сколько лет в монастыре — такая изящная штука? Может, Петра уже успела одарить любовничка? С виду почти новая. Не чета её позорному старью.
Но нет, вряд ли. Днём Аина повсюду сопровождала хозяйку и знала, что та покупала, а что нет. К тому же, использовать подарок таким образом на глазах у дарительницы было бы верхом неуважения. И вообще, затыкать такой дорогой вещью дверь — как-то странно.
Впрочем, кто их знает, этих вояк? Может, всё-таки чей-то подарок, какой-нибудь предыдущей любовницы? Парень-то хорош собой и, похоже, не промах на дам — вон как мигом воспользовался ситуацией. А в цене вещей может не разбираться или стесняться использовать её по назначению. Ведь Аина тоже сначала считала палантин чем-то вроде шали, которые приличествуют только женщинам.
В такие моменты созерцания изысканных предметов на девушку часто накатывала жгучая тяга к роскоши. Будь она баронессой, купила бы себе самый красивый палантин тонкой работы — такой, как недавно видела в одной из дорогущих лавок, например: алый, полупрозрачный, но с начёсом и тонкой вышивкой из золотых роз…
Однако следом она вспоминала про заботы, которые прилагались к замку с провинцией и быстро «трезвела». Петра приблизительно рассказала, как вернуть титул. Оставалось только решить, нужна ли ей такая морока.
Главной сложностью было доказать спустя столько лет, что она — настоящая Мариндер, и тут действительно самым простым вариантом была тётка. Вторым и последним — специальная комиссия по проверке происхождения, пусть её до сих пор и не созывал сам проверяемый.
Вот только предъявить специфические знания Аина не могла, поскольку не была в курсе семейных дел по возрасту. Самое большее, что она способна им показать — это знание родного замка. Включая потайной ход, в местоположение которого обычно посвящены только хозяева. До первого использования. Которое в её случае могло иметь место. А стало быть, доказать, что она не дочка какого-то конюха из Сарендома, спасшаяся бегством при нападении, фактически невозможно.
И тогда от неё всё равно могут потребовать «доказательство чести и достоинства». Которое, оказывается, ввели чуть ли не на другой день после передачи титула Гиродренам. Как раз из-за того, что появились обоснованные подозрения в неслучайности успешных нападений нартов на хорошо укреплённые замки с полным уничтожением семейств, чего кочевники раньше не делали. Совет Княжеств хотел пресечь подобную практику, потому и придумал такие ограничения даже для родственников. Навсегда оставив первоочередное право за кровными наследниками.
То есть, время требования, по идее, не ограничено. Только если её не признают однозначной наследницей, совершенно непонятно, как женщине предъявлять эти самые «доказательства». Для этого нужно в течение нескольких лет пройти какую-то общественную службу из тех, к которым слабый пол не допускали в принципе: военную, патрульную, сборщиком податей или приставом…
В наличии имелась только сумма, которая должна стать залогом способности наладить жизнь в провинции. Для этого как раз сгодится добро Керибранов. Однако тогда могут возникнуть вопросы, откуда у сироты взялись такие ценности…
Петра посоветовала найти себе мужа для упрощения процедуры, да и вообще, хозяин в замке сильно облегчит жизнь. Происхождение состояния с него вряд ли спросят. А если он будет обязан жене высоким положением, то дальше им можно вертеть, как угодно.
