Что-то внутри не желало рассказывать этому человеку ничего о любимой, но если он хочет заслужить доверие, необходимое, чтобы получить чёрный скимитар, придётся чем-то пожертвовать.
— Любопытно! Это последний замок, который передали родственникам перед принятием уложения о доказательстве чести. Но я слышал, что новый хозяин недавно скончался…
Клед лишь пожал плечами, надеясь, что Армат всё-таки не читает мысли, как в открытой книге. Конечно, Алрина ему рассказала, что случилось и с Морганом Гиродреном, и с Мадленом Керибраном, но так глубоко он не считал нужным никого посвящать. И постарался не думать о подробностях. А жест его можно было принять и просто за то, что он слышал новости. Сковавшее душу бесчувствие сейчас было как нельзя кстати, чтобы не выдать себя. Он больше не ощущал ни полнившей сердце любви, ни острой боли разлуки, просто знал, что эта девушка ему дороже всего на свете, кроме Меча Кернуна.
— Ну так что же ты ещё узнал о нартах от наследницы Мариндеров?
— Я уже почти всё рассказал. Ахсара планирует постепенно захватывать баронства, которые её Орды разорили ранее, и переводить племя на оседлый образ жизни. Она хочет со временем подмять под себя часть Княжеств. А может, и всю страну целиком. Но об этом вы, наверняка, и без меня знали.
Последней фразой Клед озвучил свои смутные ощущения, но Армат покачал головой:
— Мы лишь строили догадки и готовились к худшему. Знать наверняка — совсем другое дело. Твой источник уверен?
— Да, — пришлось снова через силу оторвать от себя кусочек сведений об Алрине. — Она была хедивегом ахсары. Левой рукой.
Меч Смерти задумчиво покивал, словно бы переваривая важные сведения. Клед не мог отделаться от впечатления, что собеседник неискренен. О как понять, искренен ли тот, кто лишь изображает чувства, будучи их лишён?
— Не могли ли её ввести в заблуждение, подозревая в намерении бежать? И не может ли быть так, что она лишь прикинулась перебежчицей, чтобы разведать наши планы?
Кледу стоило огромного труда равнодушно пожать плечами, как будто бы он не знал или не отказался от такой же идеи в своё время… Надо было как-то свернуть разговор с Алрины.
— Но мы ведь им не позволим? — спросил он.
Армат покачал головой с жёсткой усмешкой, подтверждая тем самым, что подготовка военной кампании в разгаре. Это было прекрасным поводом перейти к своим целям:
— Я слышал, что при помощи нашего Ордена в Гастердоме готовят Дружину для войны. Может быть, мне позволят к ней присоединиться?
— А это откуда… — задрал Армат уже обе брови, по прежнему не производя никакого впечатления, что и вправду удивился, на уровне «седьмого чувства». — Ах да, я вспомнил! Ты ведь тот Наречённый, который провожал мою Петру в Малфирдом?
Клед изо всех сил постарался кивнуть, как ни в чём не бывало, надеясь, что не покраснел. Ему совершенно не хотелось выяснять, насколько Меч Смерти ревнив…
— Именно там мы и познакомились с девушкой, сбежавшей от нартов, — он снова прибег к спасительной теме, которая волновала его больше Петры, по крайней мере, до Обручения, чтобы не выдать свою посвящённость в постельную жизнь начальника.
— Телохранительница? — уточнил Армат, явно зная, о ком идёт речь. — И что же, она хороша в своём деле?
Клед кивнул и тут же понял, что его обыграли, как ребёнка. Затронув персону, отношения с которой Воин пытался скрыть, Меч отвлёк его внимание от себя. И заставил вернуться к той, кого молодой человек обсуждать не хотел. На самом деле Армат мог быть изначально осведомлён намного лучше, чем пытался показать.
Скорее всего, Петра уже писала ему и о планах ахсары, и об Алрине. Ведь это именно она надоумила Кледа развеять свои изначальные подозрения, так схожие с ходом мысли Меча Смерти, спросив о происхождении «кочевницы».
Что, если сейчас начальник просто проверяет подчинённого? Вон как изучающе смотрит — словно невидимые чудовища, живущие в этих пустых провалах глаз тянут свои щупальца к уму собеседника, пытаясь проникнуть внутрь. Значит, прочесть мысли Воина Меч всё же не может, лишь ощущает, что тот темнит, и теперь, задав пространный вопрос, ожидает, не откроется ли Клед, не проговорится ли. Значит, достаточно на словах не раскрыть свои интимные связи. И перестать увиливать, чтобы снять подозрения.
Клед разом погасил все свои опасения и стремления, благо остановка мыслей после прохождения Арки не требовала никакого труда. И трезво оценил, что он может раскрыть ценного для главы Обители, но не делающего любимую уязвимой, и при этом не выдающее их более тесного знакомства?
Единственное, чего Петра знать не могла, так это про тренировки Морены с Мечом Кернуна. Как не знал и он сам на службе у Отступницы. Но если бы он спросил Алрину ещё тогда, когда впервые подумал об этом, то получил бы эти сведения раньше. Кстати, в том разговоре о происхождении и содержался ответ на опасения Армата о благонадёжности «источника», которого Петра могла и не знать.
Клед вздохнул, расслабленно откинулся на спинку дивана и совершенно бесчувственным голосом начал «тактический доклад»:
