Приведённый с собой скот отогнали в сторону на выпас, а фургоны выстроили цепочкой в сторону соседнего стойбища. Туда же сразу отправились некоторые из прибывших — видимо, к своим родным. И среди них — Барама со свёртком, сильно напоминавшим волшебный меч, Извара и Аина.
Девочке было ужасно интересно, куда старуха несёт чудесное оружие, но она и не мечтала, что её тоже заведут в самую богато украшенную юрту, к предводителю Орды.
Великий Амзор, как назвала его Барама, был не очень старым, похоже, той же крови, что и большинство ахсартагов, но совсем седой. Он производил впечатление немощного, хотя сидел на своём троне без ножек очень прямо, возможно, даже слишком. Глаза его были словно подёрнуты какой-то дымкой, и на доклад Мудрейшей он реагировал слабо, даже волшебный меч, извлечённый из свёртка для демонстрации, вызвал лишь слабый кивок. Зато оживилась сидевшая рядом на шитых золотом подушках девочка, похоже, его дочь.
Очень красивая, смуглая, с завидными смоляными кудрями, она была ненамного старше Аины, но вела себя, как взрослая. Грациозно подошла к мечу, присела рядом, окинула его взглядом, не притрагиваясь, и сверкнула глазами в сторону Барамы:
— Молодец, не подвела, старушка!
Мудрейшая поклонилась ей ниже, чем вождю, и девочка коснулась её лба, словно благословляла. Старуха вздрогнула, как будто её ударили, только на лице отразилась не боль, а наслаждение.
Всё это было совершенно непонятно, но складывалось впечатление, что главная в шатре именно дочка, а вовсе не её отец, сидевший на троне, словно кукла.
— А это у нас кто? — смуглянка вплотную подошла к Аине.
— Да вот, похоже, происки Судьбы, — загадочно ответила Барама.
Девочка всмотрелась в Аину таким взглядом, что стало неуютно: словно переворошили душу. По лицу красотки расползалась настолько коварная улыбка, что Аине стало страшно. Но в следующий миг смуглянка хлопнула глазами и обратила на неё обычный детский взгляд, светившийся почти искренним дружелюбием.
— Привет, я Морена. А тебя как зовут?
— Аина, — представилась девочка, слегка растерявшись от такой перемены в поведении.
— Будем дружить? — та протянула руку.
Аина не знала, как ответить на этот жест, но не ответить на предложение дружбы, первое в новой жизни среди незнакомцев, к тому же от дочки вождя, которая сейчас улыбалась так невинно, не могла. Поэтому она просто кивнула и протянула свою руку в ответ. Морена захватила её мизинчик своим, сжала и трижды встряхнула.
— Ура, подружки навсегда! — она порывисто обняла Аину.
Та сама чуть не вздрогнула, как Барама ранее, от какого-то странного ощущения. Но, наверное, всё-таки другого, потому что ни больно, ни приятно не было. Просто в место соприкосновения их грудных клеток как будто приложили на миг горячую монетку. Однако ощущение быстро прошло, сменившись радостью от того, что её, сироту так тепло приняли, да ещё такие важные люди.
— Ладно, сейчас тебя отведут поспать к другим детям, с которыми ты будешь жить и учиться, а завтра я к тебе загляну, — непререкаемым тоном заявила дочь вождя и сделала жест Изваре.
Та поклонилась, молча подхватила Аину под руку и потащила прочь из юрты. А Барама осталась. Оглянувшись, девочка увидела, что глаза Морены снова загорелись каким-то недетским огнём, но тут угрюмая надзирательница выдернула её на улицу. Дальше Аина пошла сама, чтобы избежать неприятных понуканий.
Они прошли насквозь почти всё стойбище, потом свернули, обошли ещё несколько жилищ, и, наконец, подошли к большой юрте рядом с загоном для лошадей. Животные зафыркали при их приближении, и из стоящего рядом шатра поменьше вышла женщина средних лет с круглым лицом и русыми волосами, не нартка.
— Вот вам новая воспитанница, — сказала Извара, и, в последний раз подтолкнув девочку вперёд, ушла.
— Ну здравствуй, — приветливо сказала женщина. — Я одна из твоих наставниц, Энилея. А тебя как зовут?
— Аина Дарсан, — на этот раз девочка решила, что уместней назвать полное имя.
— Очень приятно. Давай сейчас устроим тебя на ночлег, а завтра приведём в порядок и тогда уже познакомишься со всеми.
Энилея вытащила из своего жилища соломенный тюфяк и завела Аину в большую юрту, где больше дюжины девочек делали вид, что спали. Наставница устроила её с краю, возле дышащего теплом камня, и велела отдыхать. Когда Энилея вышла, девчонки зашептались, но без света им пришлось удовлетвориться только именем новенькой и тем, что она сирота, подобранная Сворой по дороге. Оказалось, таких там человек пять, а остальные родились в Орде. Более плотное знакомство пришлось отложить до завтра.
Утром Энилея разбудила всех, позвала к недавно разожжёному костру, заставила сделать разминку. Аина повторяла движения за остальными — простые махи и круги ногами, руками, головой и всем корпусом. Потом каждая из девочек принесла по большому кувшину воды из огромной бочки, чтобы наполнить котёл, где сварили кашу с вяленым мясом, которой и позавтракали.
