Пока ели, успели познакомиться. Воспитанниц было семнадцать, в возрасте от пяти до двенадцати лет. Аина стала восемнадцатой. С одной девочкой, недавно прибывшей в Орду с другой, Агдейской Сворой, Аина сразу же почувствовала некое сродство. Таша была на два года старше, тоже светленькая, с голубыми глазами и волосами цвета поздней соломы. Она пока не очень хорошо двигалась, потому что была ранена в левую руку. Вроде бы нарты спасли её. Но до этого она тоже ничего не помнила.
Тем временем наставницы сменились, и старшей стала Агунда — нартка, но не такая суровая, как воительницы. После завтрака она распределила девочкам работу: кому мыть посуду и котёл, кому мочить посконь на реке, кому сходить за ягодами. Аину оставили, чтобы привести в порядок и одеть. Нескольким девочкам, включая Ташу, выпало помогать.
Они приволокли в юрту бадью, наполнили её водой, кинули туда раскалённые на костре камни и искупали Аину, напевая под постукивание Агунды какую-то нартскую песенку с непонятными словами. Таша ровно подстригла Аине волосы, ей выдали чистую одежду по росту: шерстяные штаны, плотную длинную рубаху и вязаную кофту. Кожушок оставили тот же, поскольку ничего более подходящего такого же качества не нашлось.
Под конец девочки сводили хоровод вокруг костра под всё ту же песню, припев которой Аина успела выучить, не понимая: «Хур астур домбай лаэг, хур астур иунаг зардэ, хур астур уарзт артау, хур астур тыхджын хуцау» «Великое солнце — сильный воин, великое солнце — единое сердце, великое солнце — горячая любовь, великое солнце — могучий бог».. На этом ритуал приёма новенькой в семью был окончен и девочки принялись готовить обед — суп с бараниной и дроблёным ячменём. Лепёшки им принесла девочка постарше, лет четырнадцати, служившая помощницей у местной пекарши.
После обеда пришла Альвейд — хрупкая бледная воительница в ахсартагских доспехах, которая вызвала интерес у Аины ещё в дороге тем, как непохожа была на остальных старших, но при этом пользовалась всеобщим уважением, хотя, возможно, это был страх. Говорили, именно она победила человека с волшебным мечом. Её называли Ходячей Смертью, и она пришла оценить способности Аины.
Девочка была в восторге от мысли, что может стать такой же грозной, и старалась угодить изо всех сил, хотя, похоже, от её желания мало что зависело. Альвейд сначала швыряла в неё камни, от которых надо было увернуться, потом палки, которые надо было поймать, ещё требовала пройти по стоящему на двух чурбаках длинному бревну, затем пробежать по нему же. С задачами Аина справилась примерно на две трети. Альвейд хмурилась, но велела завтра утром прийти к ней, в соседний лагерь — тот, где изначально остановилась их Сванская Свора, после чего ушла.
Аина же присоединилась к остальным девочкам, которые вязали носки, а незнакомая молодая девушка читала им лекцию о различных видах и свойствах грибов.
К ужину принесли от той же пекарши готовое тесто, и каждая девочка слепила по несколько вареников, заправленных рубленым сыром и какой-то острой травкой. Всё это кинули в кипящий котёл, разложили по мискам кусочки масла, и через непродолжительное время третья наставница, добродушная Фатма начала вылавливать для каждой воспитанницы по варенику.
Блюдо оказалось очень вкусным, и Аина встала в очередь за следующей порцией, когда к их костру заявилась Морена. Девочек это смутило, а вот её саму нисколько. Она взяла миску наставницы, подошла без очереди, потребовала три вареника, потом подозвала Аину и велела наложить той столько же. Остальные воспитанницы безропотно расступились, пропуская обеих. Аине стало немного неловко, что её так выделили, но, с другой стороны, привилегии — вещь приятная. А с третьей, кто осмелился бы перечить дочери вождя? Тем более, отказываясь от её милостей.
Затем Морена увлекла её в сторону и потащила на то же брёвнышко, на котором чуть раньше пытала Альвейд. Там уже сидели трое юнцов с бурдюком чего-то кисло пахнущего, но при виде столь важной особы они встали, поклонились и ушли. Девочки сели на лавку и начали уплетать вареники. Морена сверкала глазами и подмигивала Аине, мол, вкусно, да? Та согласно кивала, потому что это была чистая правда.
Когда ужин был съеден, красотка, облизывая тёкшее по рукам масло, спросила:
— Ну как тебе, нравится с девочками? Не обижают?
— Нет, всё хорошо, спасибо.
— А то я могу забрать тебя в свою юрту, будешь мне помогать.
Аина немного растерялась — вроде бы ей предложили особое положение, но с другой стороны, рядом с дочкой вождя можно стать лишь её тенью, а девочке этого вовсе не хотелось. Она подумала и ответила осторожно:
— Благодарю за такое щедрое предложение, но меня вроде бы Альвейд берёт в обучение. Я очень хотела бы драться, как она. Только не думаю, что смогу одновременно и тебе хорошо служить, и с ней заниматься.
— О! Это меняет дело. Ходячая Смерть — всегда ценный воин. Тогда не буду тебя сманивать. Но если что-то понадобится или будет чего-то не хватать, ты только скажи. Чем смогу — помогу.
И Аина рискнула:
